Последняя из Пламенных (Пламенная-1)

Адепты задумчиво посмотрели ему в спину, но больше ничего не стали спрашивать.

- Двести пятьдесят шесть, - вздохнула Райга, бросая тряпку в ведро и оглядывая лестницу.

Миран выругался. Райтон поморщился, укоризненно посмотрел на него и сказал:

- Ну не при девушке же… Продолжаем считать. Сдаваться рано.

Юноши подхватили ведра и отправились менять воду. Ллавен взял ведро Райги и попросил ее остаться. Она благодарно улыбнулась эльфу и принялась рассматривать подвал. За лестницей начинался длинный и широкий коридор.

Каждые десять шагов вниз спускались короткие лестницы, которые упиралась запечатанную магией дверь. Она скорее почувствовала, чем увидела вязь заклинаний на дверях. Откуда-то слева доносились шипение и клекот.

Стоило юношам плюхнуть перед ней ведро, как из-за поворота вышел низенький сгорбленный старичок в свободном алом одеянии. Его волосы и кустистые брови были белее снега, а лицо покрывала сетка морщин. Он опирался на клюку из темного лакированного дерева, а на запястье его светился браслет с треугольным алым камнем.

Адепты синхронно поклонились. "Наверное, это и есть магистр Халлис" - подумала Райга. Тем временем тот смерил их мрачным взглядом блеклых серых глаз и проворчал:

- Вот вы где, помощнички. Ты что ли очередная Манкьери?

Девушка кивнула. Старичок оценивающе посмотрел на неё и сказал:

- Отлично. Ты-то мне и нужна.

Она удивлённо хлопнула ресницами и спросила:

- Почему именно я?

- Огненные ящерицы разбежались,- пояснил он. - Этот идиот Фортеа опрокинул клетку.

Придется теперь ловить.

- Огненные ящерицы? - переспросила девушка.

Магистр Халлис снисходительно пояснил:

- Да, в зверинце живут пять десятков, привезенных из Манкьери. Ты их не видела что ли? В кленовых лесах они водятся в большом количестве.

Райга покачала головой:

- Я не помню свое детство до пяти лет.

- Может, оно и к лучшему, - закряхтел он, поворачиваясь вглубь подвала. - Серебряная смерть-то, говорят, вернулся совсем серый из Манкьери той осенью…

Ей сразу вспомнилась прошедшая ночь.

И бесцветный голос, которым магистр рассказывал о смерти ее рода.

Старик меж тем продолжал:

- А больше всего они Пламенных любят. Ящерки-то. Остальных магов и простонародье жгут, а ваша сила их манит. Говорят, в древние времена Манкьери показывали младенца лесу. Трёхмесячного малыша оставляли на поляне среди алых клёнов. Чем больше огненных ящериц придет к нему, тем сильнее будет ребенок. Так что пойдемте-ка, леди. Зажгите пламя и стойте. Поймаем хотя бы часть.