Весна надежды

Глава 1

Глава первая,

из которой читатель узнает о судьбе Богорадовки и её обитателей, а так же становится свидетелем встречи старых знакомых и наблюдает за не вполне обычным способом исцелять тяжело раненных.

Копыта семи коней мерно ударяли в промерзшую землю. Пять под седлом и два вьючных. Рыхлый снег, укутавший дорогу, глушил все звуки, как пуховая перина. Только стайка ореховок, напуганная путниками, взлетела с разлапистой сосны, которая стояла немного в стороне от прочих. Наст под нею покрывали остатки шишек и сбитая хвоя.

— Недалече уже, — со смесью радости и тревоги промолвил молодой воин в лихо заломленной на ухо волчьей шапке, из-под которой выбивался светло-русый чуб. — Сейчас за поворотом опушка, дрын мне в коленку! А там и Богорадовка!

— Т-т-ты тише будь, Хватан, — сурово покосился на него едущий впереди черноусый шляхтич с неровным шрамом — от виска до края верхней губы — через щеку. И вновь уставился на дорогу.

Их спутники, отставшие на пять-шесть шагов, переглянулись.

Здоровенный мужик в распахнутой овчиной шубе сочувственно вздохнул и поправил лежащую поперек седла огромную мочугу — дубину, которую в Прилужанах делали из цельного ствола молодого дубка, заталкивая осколки кремня в порезы на коре еще живого дерева. А помятого вида шляхтич в кожушке мехом внутрь поверх жупана потер нос, похожий на молодую репку, да к тому же и покрасневший на морозе, и, наклонившись к пятому всаднику — молодому парню со светлой редкой бородкой — прошептал:

— Совсем извелся пан Войцек.

Аж с лица никакой. Переживает...

— Ты бы не переживал, пан Юржик? — ответил парень. — Возвращаться домой, когда знаешь, что дом спалили проклятые зейцльбержцы...

— Эка ты заговорил, Ендрек! — покачал головой шляхтич. — А давно они тебе роднее были, чем свои лужичане?

— Никогда не были! Сколько можно меня подкалывать? Что мне еще сделать, чтобы поверил ты, будто я с вами навеки?

— Да ладно, ладно. — Пан Юржик потупил зеленые глаза, похлопал по шее буланого коня.

— Наш ты, наш. Не будь я гербовый пан Бутля из-под Семецка. Ты ж чародей реестровый Богорадовской сотни. Я помню.

Ендрек поджал губы и отвернулся. Скоро год, как он вместе с походниками из отряда Богорадовского сотника Войцека Шпары блуждал по землям Прилужанского — то с север на юг, а теперь вот с юга на север. Вместе мерз, вместе голодал, вместе кровь проливал и товарищей убитых хоронил.