Игрушечный стрелок

Надеюсь, этого хватит, чтобы разнести петлю.

Еще я смог прихватить немного смолы с дерева, когда «нечаянно» махнул киркой слишком сильно и она на замахе вонзилась в кору, отщепив кусок. Следующие полчаса я работал не отходя от помеченного мною дерева, и, когда смола немного подсохла, украдкой огляделся, убедился, что охранник на меня не смотрит, и отковырнул клейкую капельку размером с ноготь.

Драгонит и смолу за неимением других мест я спрятал во рту, и только перед ужином переложил в карман. Надеюсь, ни то ни другое не токсично, или хотя бы не сильно.

Было бы иронично сбежать из тюрьмы, и склеить ласты потом от неведомого токсина.

После кормежки я выждал для верности еще несколько часов. По-хорошему, было бы эти несколько часов поспать, но в отсутствие будильника не было никакой уверенности, что я не продрыхну прямо до утра. А использовать проверенный метод — выдуй литр воды перед сном, чтобы встать посреди ночи в туалет — было невозможно из-за отсутствия такого количества воды.

Пришлось лежать, борясь со сном и заново прокручивая в голове весь план побега.

Когда время на часах пересекло отметку в два часа ночи, я встал и потянулся, разминая натруженные за эти дни мышцы. Сейчас, по большому счету, все зависит от них — как эффективно они смогут работать.

Убедившись, что все мои сокамерники спят я достал из кармана свои припрятанные сокровища, встал и прокрался на цыпочках к решетке. Ощупал верхнюю петлю и нашел место, где она крепилась к стене.

За долгое время, что решетка находилась на этом месте, винты, или чем там петля была приделана к стене, от вибрации частых открытий слегка ослабли и крепежная пластина петли едва заметно отходила от камня. В эту-то щель я и вставил отколотый кусочек драгонита, дополнительно закрепив его подсохшей, но разжеванной до возвращения липкости, смолой.

Осталось только ударить. И здесь, к сожалению, мне могли помочь только часы. Больше ничего твердого у меня с собой не было.

Я встал спиной к стене, так, чтобы меня не задело взрывом, или хотя бы задело минимально, замерил при помощи вытянутой руки нужное мне расстояние от импровизированной бомбы, немного накинул в уме на длину часов и отошел еще на полшага.

Потом снял часы, зажал ремешок в руке, отвернулся, зажмурился и ударил.

Громко звякнул металл по металлу.

Сука, конечно, же, я промахнулся.

Зашевелились, просыпаясь, сокамерники — для них этот звук ассоциировался с подъемом...