Кальдур Живой Доспех I

Понимаешь?

— Темник? Здесь? — не поверил Кальдур.

— Не темник, Кальдур. Присмотрись, одежда, цвет кожи, волосы... — Дукан сплюнул на землю. — Это один из наших.

Виденье 10. Из Бездны

Весь остаток ночи они шли по окольным и заброшенным дорогам, в надежде, что больше никто не попадётся им на пути. Россыпь звёзд и прожилки оранжевых и синих туманностей на безоблачном и ясном небе дарили обманчивое ощущение красоты и спокойствия, от которых Кальдуру только больше становилось не по себе.

— Не может быть, — снова повторил он и поймал на себе циничный взгляд старика.

— Значит, доспехи из светоносного металла, принимающие любую форму, могут существовать, а обычный предатель уже нет? — буркнул Дукан. — А как же темники? Они тоже люди.

— Нет! В том-то и дело, что уже нет! — Кальдур едва сдержался, чтоб не перейти на крик. — Они выглядят как люди, ведут себя как люди, даже чувствуют как люди. Но Морокай сводил их с ума поколениями, пока все они не начали носить Его печать и слышать Его голос, как я слышу твой.

Они не виноваты в этом и не имеют свободы выбора, как мы. Обычный человек, так далеко от Его прислужников, от места Его силы, под лучами солнца и защитой Госпожи просто не может попасть под Его влияние!

— Ха! — Дукан рассмеялся и посмотрел на него как на идиота. — Какой же ты наивный и глупый... Причём тут вообще тёмное божество? Для того, чтобы кто-то воткнул тебе болт в шею вовсе не нужно никакой веры. Только немного золота. И голодный желудок, который уже давно не верит в то, что завтра будет сыт и думает только о себе.

Ты никто. Не великий герой, не Госпожа, не король. Ты просто какой-то парень со шрамами, за голову которого дают много денег. Не важно, чья рука. Главное… что дают.

— Я не дурак… — прошипел Кальдур. — Ты прав… я знаю, о чём ты говоришь, я видел такое на войне, но не тут, не тут… Просто не хочу верить, что люди способны на такое…

Дукан презрительно хмыкнул, повёл плечами и пошёл впереди. Остаток ночи и большую половину следующего дня они сохраняли молчание.

***

На пятый день путешествия ноги уже не болели и не кровоточили, новая обувь разносилась и притёрлась к ногами, а прохладный ночной воздух не перешибал дыхание и не воспалял горло. Они привыкли щурить глаза от ветра и солнца, дышать дорожной пылью, мыться водой из ледяных ручьёв, спать на земле, есть мало и при случае.

Голод и холод теперь не особо донимали их. Они дышали и жили дорогой.