Кальдур Живой Доспех I

***

— Да ты сам ишак!

Изо рта Кальдура вырвалась целая лавина ругательства, направленная в спину Дукана.

Они завершили восхождение. Стоило ему уцепиться за почти отвесную скалу, протянуть себя вверх по гибкому и скользкому камню, протиснуться в острую щель и взойти, наконец, на вершину… Как он увидел справа позади себе абсолютно нормальную и ухоженную дорогу, тянущуюся с другого, более пологого склона. На ней спокойно могли разъехаться пара телег. Не говоря уже об их компании.

— Зато нас никто не видел, — спокойно сказал Дукан, спровоцировав у Кальдура ещё более мощный поток ругательств. — Лучше посмотри что там.

Кальдур посмотрел, поток ругательств у него постепенно иссяк.

Далеко впереди из скал торчали длинные шпили с белыми флагами. Больше ничего не было видно, но осознать то, что они уже у цели, после стольких дней пути, всё же было прекрасным чувством.

Ещё почти час они плелись по уже достаточно ровной дороге, слишком уж были вымотаны восхождением и восстанавливали силы.

Розари взобралась последней, её покрывал пот и она выглядела бледной, даже хуже едва дышавшей Анижи. После, казалось бы, лёгкой, на фоне восхождения, пешей прогулки, Розари согнулась, упёрла руки в колени и прокашлялась, тяжело и с надрывом.

— Ты в порядке? — забеспокоился Кальдур.

— Да. Дышится тут не очень. И морозно, — она снова прокашлялась, продышалась, распрямилась и вдруг замерла, словно натянутая тетива.

— Что такое, девочка? — спросил Дукан.

— Не слышу шума поселения. И чувствую запах гари. Но не как от пожара. Как от пепелища. Старого.

— Может быть, они жгут лампады и сохраняют какой-то ритуал молчания? — устало предложил Дукан.

— Знаешь же, что нет! — буркнул Кальдур, замотал головой по сторонам, принюхался и прислушался.

— Ты чувствуешь опасность? — обратился Дукан к Розари и тут же вздохнул, понимая по её лицу, какой его ждёт ответ.

—Там никого нет. Живого, по крайней мере.

Дукан нахмурился и ускорил шаг. Вход в монастырь, окруженный скалами, начинался с длинной лестницы, вырубленной на широком склоне. Ни ворот, ни стен предусмотрено не было.