Теория войны. Стратегическое отступление

— Твой экземпляр, — она протянула мне бумагу, не выходя из машины. Тоже правильно, не из-за нищего же инвалида так напрягаться. Нецарское это дело. — Саша, ты же злишься на нас с Ником? Это была искра, вспышка...

— Да пошла ты. Ты даже не шлюха, ты гораздо хуже, — я резко развернул коляску и покатил её к пандусу, ведущему в подъезд. Где-то там, в квартире, стоит всё ещё не разобранная сумка, в ней водка, именно то, что мне сейчас очень нужно.

— Саша, постой, послушай... — только не оборачиваться, чтобы не совершить какую-нибудь глупость и спустить то, что мне осталось, в унитаз, только не оборачиваться.

***

Резко распахнув глаза, я уставился на потолок. В комнате было темно, свет луны, льющийся из окна, рисовал на потолке причудливые тени. Приснившийся сон никак не хотел отпускать, и я словно воочию видел холодную красоту этой женщины, которая вот так, походя, бросила мужа просто потому, что ей захотелось.

Невольно рядом с образом Киры я представил образ Эмили. Они абсолютно разные, совсем не похожи.

Занавеска слегка колыхалась от лёгкого ветерка, пытающегося пробраться в комнату через приоткрытую створу. По коже пробежали мурашки, когда этот ветерок коснулся обнажённой груди. Тени на потолке затрепетали, потревоженные этим едва ощутимым потоком воздуха. Видимо, я перевернулся во сне, потому что помню абсолютно точно, что уснул, лёжа на животе, и не мог бы сейчас разглядывать потолок, оставаясь в прежней позе.

Было душно, и я был рад, что догадался перед сном открыть окно...

Я сел в кровати и попробовал унять бешено колотящееся сердце. Я не открывал окна! Уставившись на занавеску, несколько секунд гипнотизировал её взглядом, пока не увидел, как через образовавшуюся щель просунулась рука, и полностью отодвинула щеколду. Она сейчас была повёрнута, позволяя окну приоткрыться, но не распахнуться на полную ширину.

Я даже дышать начал через раз, чтобы не нарушить эту ночную сонную тишь и не спугнуть того, кто так настойчиво хочет пробраться в мою комнату. Но встречать гостя с голыми руками — это невежливо, а я всё-таки принц крови, как никак.

Стараясь действовать как можно осторожнее, я потянулся за мечом, который бросил на прикроватный столик вместе с ремнём и ножнами, когда раздевался перед принятием ванны.