Княжий сын. Отцовский меч

Если все получится, он тебя в подмастерья возьмет… Только это, без конкретного договора идти не вздумай, похолопят. Потом, всю жизнь горбатиться будешь, чтобы выкупиться.

- Спасибо, - кивнул я. – Сразу понял, хороший ты человек.

- Хороший, - тот криво усмехнулся. – Кому другому не скажи такое. В посаде хороших людей нет.

- А тогда тут как оказался?

- В душу мне не лезь, а? – взвился он, но почти мгновенно успокоился. – Такого тоже не спрашивай у людей.

- Как скажешь, - я пожал я плечами. – Не хочешь – не рассказывай.

- Ага, так ты и отстанешь.

- Да мне вообще без разницы, - я пожал плечами. -Нет, интересно, конечно, но раз не хочешь говорить – дело твое. Я тебе рассказал, когда ты спросил.

- Вот ведь змей, - посмотрел он на меня, схватил крынку и присосался. Мне оставалось только смотреть, как движется его кадык, периодически скрываясь под длинной бородой. Оторвавшись, он громко рыгнул и сказал. – Теремная девка – моя мать. Причем, в холопы из добычи взяли ее. А отец… Хрен его знает, кем он был.

Скорее всего кем-то из дружинников.

- Я думал, если теремная девка рожает от дружинника, то и ребенка в дружину берут, - пробормотал я.

И только потом понял, что ляпнул лишнее, и что мать для этого мужика явно больная тема. Громила аж кулаки сжал, и я уже подумал, что сейчас он бросился на меня, но вместо этого здоровяк снова присосался к сосуду. Похоже, что он успел почти осушить его.

- Знаешь, - заговорил он, явно сдерживаясь с большим трудом. - Князь Кирилл много крови пролил, пока все пять княжеств под себя забрал.

Вот, скорее всего, так и моему отцу досталось. А я тогда совсем малец был. Вот нас из крепости и погнали.

- Ладно, - я поднял руку и выставил перед собой ладонь. – Можешь не продолжать…

- Но мы в деревню ушли. Мать там взял в холопки один крестьянин, из зажиточных. Меня тоже, получается, - он вдруг улыбнулся, и меня аж передернуло: я даже не представлял, что этот громила умеет улыбаться. – Хорошее время было. Я с матерью постоянно был, кормили вдоволь, правда, и работать заставляли.

Но я окреп, силы набрался. А потом… Умерла мать. Моровое поветрие у нас случилось, все умерли, кроме меня, да двух сыновей хозяина. А я понял, что там жить больше не смогу и сбежал. Вот так тут и оказался.

- Давай выпьем? – предложил я. – За наших матерей. Чтобы встретиться с ними в Небесных Полях.

- Встретимся, - кивнул громила. – Я верю. Ведь, если здесь так хреново, то где-то должно быть хорошо, верно?

Мы подняли кружки и опустошили их.