Чужая тень III

Боль практически исчезла, поскольку Яз накачал себя стимулирующими чарами, как всегда, не заботясь о будущем откате. “Главное, что не сейчас, главное, что потом”, — думал он, не понимая, бредит или находится наяву.

— Я Ящер, а ящеры должны ползать… Даже если у них оторвали лапки и сорвали скальп… — пробормотал он и встал на колени прямо в коридоре. Здесь еще всё горело, и темница, расположенная явно под землёй, освещалась лучше, чем когда-либо. Кроме него в коридоре находилось еще восемь человек, точнее, обгоревших головешек, застывших в скрюченных позах.

— Я свободен от клятвы и от наказания за прорыв Зала стенаний. Теперь надо просто уползти от сюда, словно пресмыкающееся. Пока у меня есть судная неделя, меня не услышат и не найдут. А руки? Отрастут, а если нет, то и Триединый с ними… — бормотал Яз, переползая от трупа к трупу, склоняясь над ними и разглядывая их кисти. Взгляд сквозь тени определил в сожженных заживо двух культиваторов бронзовой лиги. Их артефакты уже ушли глубоко в тени, а это значило, что скоро тут появится еще две бронзовые сферы или же они сольются с верхней, создав одну серебряную.

Наконец маг нашел то, что искал. На руке одного из воинов, видимо, десятника караула, находилось обычное кольцо, но с драгоценным зеленым камнем. Камни впитывают слишком много Ци, жадно поглощая энергию всех, кто на них смотрит, а потом очень нехотя расстаются с накопленной в них силой. Но это если они не умирают…

Губы Яза приблизились к воняющей гарью руке и прошептали слова погибели так тихо, чтобы это слышал только изумруд, заключенный в неблагородную оправу, которую какой-то хитрый торговец выдал за серебро.

Зеленая гладь камня пошла пузырьками и трещинами, словно она переходила в другое, измельченное состояние. Маг вдохнул как можно глубже, и получившийся порошок зелёным туманом влетел в его обожжённые, трубочкой сложенные губы.

Камни всё видят и иногда даже мстят за такие вещи, но месть каких-то драгоценностей не идёт ни в какое сравнение с местью сфер или, к примеру, с намерениями паладинов, вероломно заключивших его в эту подземную крепость-тюрьму.

По телу потекла сила. Камни медленно выползали из стен, подползали к нему, крошились и прилипали к его коже, формируя что-то странное. Уже через минуту вместо коленопреклоненного мага в коридоре находилась вытянутая безглазая гусеница со множествами каменных лапок.

Этим и отличается маг-заучка от талантливого, пусть и низвергнутого в серебряную лигу культиватора.