Тайна черной маски

Жрец равнодушно кивнул:

- Хорошо, пусть будет так. Прошу вас, госпожа!

Он подал руку Медее, помогая ей сесть в гондолу. Следом спустился Танос, и лодка быстро заскользила по черной, почти сливающейся с ночью воде. Из темноты неожиданно возникали стены домов, выглядевших намного скромнее, чем в Венеции. Над каналом по-кошачьи выгнул спину странный мост без перил. Гондола нырнула под него, и Медее показалось, что они только что пересекли невидимую границу призрачного мира.

И действительно, проплыв под мостом, лодочник вскоре повернул свое судно в один из узких притоков канала.

Вскоре каменные здания на берегу сменились ветхими лачугами, которые слепо таращились на них пустыми глазницами окон. Стыдно признаться, но темные окназаброшенных домов всегда пугали молодую вампиршу. Казалось, что за ними притаились самые худшие из кошмаров.

Узкая лента канала сделала еще один поворот, и городской пейзаж сменили редкие деревья и высохшие зимой виноградники. Иногда из темноты возникали призрачные белые фигуры людей, застывших в одной позе.

- Кто они? – не удержалась от вопроса Медея.

- Это всего лишь статуи. Не стоит бояться их, госпожа! – Из-под капюшона послышался хриплый смех.

Наконец гондола причалила к берегу, и ее пассажиры ступили на твердую землю, если так можно было назвать размокшую тропинку посреди болота. С обеих сторон лежали заросшие травой пространства, кое-где торчали одинокие деревья. В иных местах поблескивали в лунном свете небольшие озерца, от которых поднимались ядовитые испарения.

Тропинка вдруг сменилась дощатым настилом, с двух сторон ярко вспыхнули факелы. Брат с сестрой невольно прикрыли глаза от белого слепящего пламени, а когда наконец проморгались, то увидели три колонны из белого мрамора, одиноко втыкающиеся в ночное небо и сооружение из огромных каменных плит, напоминающее арку.. Медея направилась к странным воротам, словно бабочка на огонь, но Танос крепко сжал ее ладонь.

- Не думаю, что нам надо туда.

Действительно, их провожатые обогнули древнее святилище и остановились у невысокого здания в античном стиле, чей портал поддерживали колонны.

Внутри гостей встречала сама Трехликая. Медея знала, что три лица богини означают ее власть над рождением, земной жизнью и загробным миром. В неровном свете масляных лампионов Медее вдруг почудилась усмешка на каменных губах.

Однако она опустилась на колени перед изваянием и сердито дернула за руку все еще озирающегося по сторонам брата.