Тайна черной маски

Воспользовавшись всеобщим замешательством и тем, что от его горла наконец убрали острый кинжал, пленник дикарки резко дернулся, оставив в её руке изрядный клок жестких черных волос, и бросился бежать. Алданцы попытались догнать его, но беглец исчез без следа среди почти одинаковых зданий.

Однако заметив бегущего к ним Яромира, противник Лизы вдруг ловко ушел ее атаки и, нырнув в узкий проход между домами, исчез. Искать его было бесполезно. Баронесса молча выслушала от Яра упреки в глупой храбрости, и они вернулись к друзьям.

Растолкав возбужденных горожан, алданцы увидели Бьянку, привалившуюся к каменной стене. Голова девушки была неестественно повернута, длинные волосы закрывали лицо, но было уже и так понятно, что бедняжка мертва. Яромир тихо выругался и посмотрел на друзей. Теперь каждый из них будет винить себя в ее смерти.

Марио дочитал очередное послание его преосвященства, затем яростно смял листок и забросил в камин. Он с удовольствием наблюдал, как огонь пожирает бумагу, обращая написанные кардинальской рукой ровные красивые строчки в серый пепел.

Луиджи Сальваторе открыто выражал надежду, что его воспитанник найдет какой-нибудь, пусть и не очень честный способ сбить спесь с алданцев, показать всему миру их настоящее лицо.

Если при этом придется пойти против правды, то ничего страшного. В борьбе с этими порождениями ада все средства хороши, к тому же отпущение грехов Марио гарантировано!

И это пишет человек, который сам учил маленького сироту, что надо жить по заповедям Божьим, всегда сверяя свои поступки с учением Христа.

Крепко сжатые губы Марио тронула недобрая усмешка. Если бы Его Преосвященство узнал о том, что произошло во дворце Франческо Фоскари в последнюю ночь карнавала, он, несомненно, был бы доволен.

Листок догорел, полностью рассыпавшись в бесцветную пыль. Марио прислушался к своей совести и понял, что послание кардинала возымело совершенно обратное воздействие. Он вдруг сильно засомневался в виновности барона.

- Антонио! – позвал он.

– Собирайся, нагрянем с частным визитом к синьору Томазини.

Слуга отложил в сторону нитку с иголкой и рубашку, которую собирался заштопать.

- С чего бы такая спешка, господин? Может лучше завтра, а то уже вечер, скоро темнеть начнет.

- Видишь ли, я бы хотел побольше узнать о несчастной женщине, которая рассталась с жизнью прошлой ночью.

Ночь приняла уставшую от долгого праздника Венецию в свои объятия, и город погрузился во тьму и тишину.