Тайна черной маски

Все последовали его совету, Медея нетерпеливо спросила:

- Ну, так что там с жертвой?

- Ах да, бедняжка Аманда Фоскари! Ей было отмерено всего двадцать пять. Урожденная Гримальди, воспитывалась в доме дяди по отцовской линии, богатого торговца Джакопо Гримальди. В шестнадцать лет была выдана замуж за пожилого синьора Фоскари, дюродного брата дожа. Все сходятся во мнении, что особой любви Аманда к мужу не испытывала, а вот он был довольно ревнив.

Если бы ее просто закололи кинжалом, я бы не сомневался, что ее супругу надоели ветвистые рога.

Итак, синьору Альберто мы отдаем почетное второе место!

Вино уже оказало свое действие на собеседников. Глаза Марио блестели от азарта, ему казалось, еще немного, и он наконец отыщет конец нити в этом запутанном клубке!

Медея на время забыла о своем презрении к слуге кардинала и внимательно следила за его умозаключениями. Она загорелась желанием разобраться в этом запутанном деле и отвести обвинения от брата … и от алданца.

Марио хлопнул по плечу Рюдигера, который слушал его вдохновенную речь с крайне мрачным видом:

- Я был бы готов переложить вину на обманутого мужа или кого-то из ее любовников, но вот незадача – ни у кого из них нет острых вампирских клыков!

- А может любовник и был вампиром? – неожиданно предположил Антонио.

- Да ведь всем известно, что ее любовником был Николо Кавали! – возмутился Рюдигер, еще сохранявший способость ясно мыслить.

А почему бы и нет, хорошая мысль, Антонио! – рассмеялся Марио.

– Возможно, бывший любовник не хотел делить ее с настоящим, ну и подумал, пусть вообще никому не достанется! Хотя здесь не Алдания, но во время карнавала возможно все! Может, вы, синьорина, подскажете, чьим ужином могла стать Аманда Фоскари? – он неожиданно обратился к вампирше.

Однако Медея не оценила его обаятельной улыбки .

- Ты самый ничтожный из всех людей, которых я знала! - презрительно бросила она охотнику и направилась к выходу. Громко хлопнула дверь.

Помедлив, Рюдигер выбежал вслед за ней на улицу, но вампирши и след простыл. Растроенный он вернулся в таверну. Марио, не желая слушатьупреки в грубости, долил вина в его кружку:

- Не переживайте, барон, ничего с ней не случится. Она у себя дома, это запоздалым прохожим стоит бояться милой девушки!

Марио Эспозито с трудом открыл глаза и поспешил закрыть их. Яркое солнце нагло светило через мутноватые стекла, напоминая, что весна совсем не за горами.