Тайна черной маски

-Эта грубая девка с манерами базарной торговки - твоя жена? Откуда ты вообще взялся, если тебе неизвестно, что карнавал самое удачное время для охоты за людьми, за их кровью?

Пораженный Рюдигер на миг замер на месте с поднятой шпагой:

-Так тебе была нужна ее кровь? Ах ты, грязная скотина, теперь тебе точно конец!

Он шагнул вперед, точно зная что его удар достигнет цели, но тут черепица под ногами съехала, и, потеряв равновесие, он упал. Танос, счастливо избежавший казалось неминуемой смерти, больно пнул его ногой и сам чуть не оказался рядом.

Он принялся карабкаться наверх по осыпающимся плиткам черепицы и, наконец, сумел подняться на ноги. От предательского пинка Рюдигер стремительно съехал со скользкой и сырой крыши, но все же сумел ухватиться за край. Неимоверным усилием он подтянулся вверх, проводив взглядом растворившуюся в ночной тьме фигуру своего противника. Неожиданно его ноги нащупали опору. Осторожно ступив на каменную ограду, он отцепил непослушные пальцы от края крыши и спустился на открытую лоджию. В окнах богатого дома горел свет, гости еще не думали расходиться, но на его счастье здесь не было ни души. Осмотрев свою порванную в нескольких местах одежду, Рюдигер постарался придать лицу беззаботное выражение, маску он давно потерял, и неторопливо направился к лестнице, ведущей вниз.

На втором этаже барон столкнулся с двумя дамами в полумасках, которые проводили статного незнакомца в дорогой, но сильно потрепанной одежде долгими взглядами. Наконец он вышел на улицу и растерянно остановился , совершенно не понимая , где находится.

Вряд ли ночью в чужом городе он сможет отыскать место, где расстался с друзьями. Без особой надежды вампир посмотрел на безлюдную улицу. У входа в палаццо горели масляные фонари, на воде покачивались нарядные гондолы, а прямо напротив него, молча, стояли семь человек. Они, так же как и Рюдигер, были без масок, вопреки здешним обычаям, и взглянув повнимательнее, он бегом бросился к ним.

Глава 6. В гостях гадалки

Проснувшийся поздно, Марио Эспозито был мрачен и неразговорчив.

Обдумывая события прошлой ночи, он проклинал себя, что поддался чувствам и утратил бдительность, чуть не став жертвой обнаглевших местных кровососов. А ведь раньше одного его имени хватало, чтобы испортить нелюдям настроение. Плеснув в ладони из рукомойника ледяной воды, он безжалостно окунул в нее лицо. Но неприятные мысли не отступали. Хуже всего, что его, словно беспомощного ребенка, спасли алданцы.