Тёмных дел мастера. Книга третья

А?! — совершенно непонимающим тоном, в котором сквозили одновременно и злобные и растерянные нотки, вновь обратился к бывшему следопыту теперь порядком сконфуженный страж, рассматривая этот абсолютно несуразный экспонат, похожий на предмет крестьянской утвари, который он брезгливо держал двумя пальцами, как нечто отвратительное. От того бравый оператор самоходки взялся вскоре подшучивать над своим товарищем, продолжая, впрочем, вполглаза следить за дорогой.

— Да ладно тебе, Стен, может, это тоже какая-то реликвия его рода, ха-га-га-га-ха!

Правда, от подобных «невинных» шуток его напарник не пришёл в восторг: в нём всё сильнее закипала обида.

И вскоре он, желая хоть как-то отыграться, решил выместить это чувство на Гортере:

— Ты что, дедан, старьёвщик, что ли?! Металлолом собираешь по помойкам всякий? А?! Бомжа позорная…

И, швырнув столь бесполезную находку обратно на заднее сиденье самоходной кареты, угрюмый страж нехотя возобновил своё рысканье по вещам задержанного, правда, теперь уже порядком подрастеряв былой лихорадочный энтузиазм под издевательские смешки сидевшего рядом с ним за рычагами управления напарника.

…Такая самоуверенная недальновидность и юношеская глупость, роившиеся в головах у подавляющего большинства любой молодёжи (к какому бы племени она ни принадлежала и в каком бы времени ни жила) — как раз и была тем фактором, на который с самого начала рассчитывал всегда остававшийся осторожным и терпеливым Гортер, когда решил вплотную испытать на себе то, чем же на самом деле является эта современная магия, и практически без сопротивления соглашаясь залезть в проклятую кибитку.

Можно было с уверенностью сказать, что таким образом он получил бесценный опыт в плане познания сущности своего нынешнего врага. Ведь этим наглым щенкам в свою очередь пока ещё было совершенно невдомек, с каким древним и опасным зверем они случайно столкнулись на той безымянной лужайке у куста. Кроме того он ясно понял где располагалась основная часть магии в этой карете, поскольку его полудиск не смог дотянуться и повлиять на её потоки.

Посему, оставаясь невозмутимым и смирным в своих истинных намерениях, насколько вообще позволяла сложившаяся ситуация, одинокий охотник дождался наконец, когда данное «чудо» современной магической мысли доставит его на место, прекратив тем самым хотя бы основной наплыв тех жутких резей, что терзали его желудок на протяжении всей поездки.