Обряд ворлока

Парень устремил свой меч наперерез. От столкновения клинки зазвенели, разве что только искры не брызнули. Кисти заныли, ладони отозвались болью, а черен меча едва не вырвался на свободу.

— Проклятый ворлок! — зарычал викинг.

Снова занес оружие.

Вратко перехватил рукоять покрепче, ткнул закругленным концом лезвия хирдману в лицо. Тот не ожидал такой прыти от словенского мальчишки, да еще и ворлока, как говорят викинги, «мужа женовидного», отшатнулся. Его замах пропал впустую.

— Ну, держись, колдун! — Воин прищурился, его скулы закостенели.

Взмах!

Еще взмах!

Меч целил Вратко в голову.

Справа. Слева. Сверху.

Так бьют, чтобы насмерть, наверняка. Ни о каком плене и речи идти не может.

Новгородец уворачивался, пытаясь заслониться мечом. Он понимал, что прямого столкновения клинков может и не выдержать. Викинг намного сильнее. Да еще и близок к боевому безумию, похоже. Неужели в дружине Модольва Белоголовой было больше одного берсерка? Да уж, собрал себе войско Кетильсон — не дружинники, а разбойничья ватага.

..

Сталь свистнула у самой щеки, обдала холодным ветерком.

— Сдохни, ворлок! Будь ты проклят!

Вратко молчал, не открывал рта, как ни хотелось ответить словом пообиднее. Но он боялся сбить дыхание, а потому лишь крепче сжимал зубы.

Они крутились около дерева с привязанным Хродгейром. Дружинник Модольва изредка вспоминал о Черном Скальде и норовил нацелить удар в него. Приходилось вертеться юлой, отвлекая викинга от беспомощного хёрда.

Попытки Вратко отвести его в сторону, выманить в гущу боя, успехом не увенчались. Бородач упрямо возвращался к Хродгейру. Один раз словену даже пришлось отбивать клинок клинком. Снова запястья занемели — если бы держал меч одной рукой, потерял бы.

Урман хрипел и вращал глазами — вот-вот пена изо рта пойдет. На каждый взмах он с сипением втягивал воздух открытым ртом, а на каждый удар — выдыхал с хриплым «хэканьем».

— Сдохни, ворлок! Сдохни!!!

Меч очередной раз взлетел к беззвездному небу.

Новгородец шагнул назад, стараясь увеличить расстояние до врага, и тут ему под ногу попался корень, высунувшийся из земли.

Парень вскрикнул, нелепо взмахнул руками и повалился навзничь, роняя меч.

С радостным рыком викинг прыгнул вперед, без остатка вкладывая в удар всю ненависть и всю жажду победы.

Вратко хотел зажмуриться, но не смог, поскольку оцепенел от ужаса. Даже закрыть голову руками показалось неимоверно трудным делом.