Краденая магия. Часть 1

Я вскинул голову: дорога впереди была перегорожена полосатым черно-белым шлагбаумом, за которым резко, без какого-либо перехода начиналась городская застройка – теснящиеся боками друг к другу трех-четырехэтажные дома, вроде и похожие друг на друга, но отнюдь не одинаковые: один повыше прочих, у второго колоннада грандиознее, третий весь облеплен балкончиками особой конструкции, из-под крыши четвертого хищно выглядывают каменные горгульи…

Пока я их разглядывал, шлагбаум поднялся, освобождая нам путь.

– Ну-с, сударь, – почти торжественно проговорил Огинский.

Глава 7

в которой вода так и не превращается в вино

По московским меркам невысокий – в два этажа – особняк князя Огинского стоял в тихом тенистом переулке. В отличие от главных улиц города, здания здесь не лепились одно к другому, а прятались в зеленых садиках за коваными оградами с изящными, увенчанными острыми пиками фигурными балясинами. Ни малейшей преграды любопытному взгляду они составить не могли, но за них эту миссию с успехом исполняли ряды густых кустов и шеренги раскидистых деревьев, неизменно высаженные сразу за забором.

Вкатившись в неширокие ажурные воротца, «манамобиль» подвез нас к скромному, без особых архитектурных излишеств крылечку, где благополучно и остановился.

– Ну-с, приехали, господин крамольник, – с усмешкой бросил мне Сергей Казимирович, молодцевато выпрыгивая из коляски.

– Я ничего такого не имел в виду! – в очередной раз принялся оправдываться я.

– Как говаривают у нас в Москве, III Отделение разберется! – хохотнул жандарм.

Очевидно, стоит пояснить, что послужило полковнику поводом для этой отнюдь не изысканной, на мой вкус, остроты, доля невинной шутки в которой могла на поверку оказаться не столь уж и велика.

Дело было так. Проезжая по московским улицам, Сергей Казимирович, видать, со скуки, решил устроить мне нечто наподобие обзорной экскурсии, указывая то на одно, то на другое проплывавшее мимо строение с комментариями, вроде: «Сие дом князя Голицына, сие графа Шереметева городской дворец, за оным графа Ростопчина зимняя резиденция, а далее весь квартал роду Трубецких принадлежит, в верхней части – старшей ветви, в той, что к реке спускается – младшей…» Голицыны, Шереметевы, Трубецкие… А еще всевозможные Меньшиковы, Толстые, Долгоруковы, Волконские – сплошь фамилии, ярко проявившиесяи в нашей истории – я же как раз только что ЕГЭ сдал, еще не выветрилось из головы…

Много знания – много печали.