Краденая магия. Часть 1

Так, на одно и то же воздействие маг, сила которого равна одному ньютону – условно, столь слабыми обычно лишь малые дети бывают – потратит целых десять мерлинов маны, а тот, у кого десять ньютонов силы – всего один мерлин сольет. Но это при одинаковой технике. Техника – третий слон. Мало обладать маной, мало иметь силу – нужно еще уметь их грамотно использовать. Владеть техникой. Ну, тут понятно… Из этой триады – мана, помноженная на силу и оформленная техникой – и складывается магия… – подытожила она. – Все просто.

– Да уж… – задумчиво пробормотал я. Вопросов у меня в голове крутилась уйма, но задал я, вероятно, далеко не самый важный, однако призванный дорисовать начатую – и брошенную – девушкой картину. – А что символизирует черепаха? Ну, на которой стоят слоны… – уточнил я на всякий случай.

– Я поняла, – кивнула Морозова. – Черепаха – это Ключ. Основа основ, без которой совершенно бесполезны и мана, и сила, и техника. Подлинный источник магии. Пока он бьет, она возможна.

– То есть именно такой черепахи в моем… В мире, о котором мы говорили, и не хватает для рабочего комплекта? – повернулся я к Огинскому.

– От Надежды Александровны можете не таиться, – верно угадал причину моей заминки полковник. – А что до заданного вами, Владимир Леонидович, вопроса, то, в целом – да. Однажды в вашем мире Ключ бить перестал. И творить магию стало невозможно.

– А почему? – спросил я. – Почему Ключ перестал бить?

– Ну, вы, сударь, и загадки загадываете! – хмыкнул Сергей Казимирович. – О самом существовании вашего мира у нас и слышали-то немногие, а уж строить предположения о природе в нем происходящего… Впрочем, есть лично у меня одна теория, – словно бы переборов некоторые сомнения, продолжил, тем не менее, полковник.

– Достаточно умозрительная, но все же. Не исключено, что изливавшийся Ключом в ваш мир поток перенаправили искусственно.

– И куда же его перенаправили? – осведомился я, уже догадываясь, что услышу в ответ.

– Сюда, к нам, – не обманул моих ожиданий Огинский.

– Около четырех сотен лет назад. То была эпоха великих магов – и их легендарных врагов, дýхов. Дýхов, могучих неизмеримо – не чета тем, что ныне подмяли под себя обе Америки, и уж вовсе не идущих ни в какое сравнение с пасынками астрала, что приручили китайцы… Воображают, будто приручили, – поправился он – очевидно, это был принципиальный момент, но, заговори о нем полковник по-английски или по-китайски, едва ли бы я понял в этом отступлении меньше, чем теперь.