Краденая магия. Часть 1

А когда тьма отступила… Черт, лучше б она не развеивалась вовсе. Про вырезанный язык я даже не сразу понял. Сначала тупо поднес к глазам руку – а там всего четыре пальца. Мизинца как не бывало. Вторую поднял – то же самое. Аккуратные такие срезики, совсем зажившие уже. Это сколько же времени прошло?! Хотел было выругаться в сердцах – хрен там, ни слова не выдавилось, одно лишь утробное мычание. Тут только сунул руку в рот – а там пусто. И ведь ни боли, ничего такого – только голова гудит, в ушах шумит, и глаза упорно закрываются… Ну и ни сесть, ни встать – тело как избитое.

Опять же, ничего не болит – просто не работает. То ли на шок такая реакция, то ли еще на что…

У остальных наших – то же самое все оказалось. Антоху я, правда, больше не видел, но Кира, Санька, Дашку и Светку поначалу со мной вместе держали – так вот, они вляпались в точно такое же дерьмо. Мизинцы, язык – все как по единому трафарету… А еще у каждого на лбу – клеймо выжжено. Что-то наподобие китайских иероглифов: 奴隷.

Или японских, а может, корейских каких-нибудь – я в них не разбираюсь. Или это вообще не иероглифы, а руны, например. Понятия не имею. Но зрительная память у меня отличная, и этот рисунок я теперь на всю жизнь запомнил, ночью разбуди – изображу!

А у меня на лбу был такой же, судя по всему. В зеркало на себя полюбоваться случая мне пока не представилось, но черточки шрама прекрасно прощупывались.

Такие вот дела…

Окунувшись в воспоминания, я не заметил, как веки мои снова сами собой сомкнулись, а сознание уже привычно затуманилось, беспомощно отрешаясь от этого вот всего.

В себя меня привел голос мужчины в кресле:

– Напомни-ка, любезнейший, как тебя звать-величать? Ефимкой, что ли?

– Ефремом, Ваше сиятельство, – последовал писклявый ответ. – Ефремом Абрамычем…

С усилием распахнув глаза, я наконец заметил говорящего: перед креслом «сиятельства», чуть в стороне, слева, переминался с ноги на ногу белый как мел юноша в темно-сером костюме-тройке, висевшем на нем, словно мешок на огородном пугале.

Этого субчика видеть мне уже доводилось – в редкие промежутки возвращения в сознание. Судя по всему, это именно он привез нас сюда.

Нас? Я покосился еще левее. Копируя мою скрюченную позу, у стены притулилась незнакомая мне девушка с пышной копной растрепанных русых волос, косой челкой спадавших на лоб и почти закрывавших безобразное клеймо – все то же, 奴隷.