Серый снег

Обернулся к односельчанам и произнёс: 

— Ставьте столы в круг, мы здесь оборону держать будем! Мало ли что!

***

Бой Покланца с мертвяками быстро превратился в потеху. Медлительные и неповоротливые твари, вооружённые только когтями и зубами (ну и ещё отсутствием реакции на боль) не могли справиться с вёртким наёмником. Ситуацию портила неприятная оказия — отрубленные конечности довольно быстро прирастали обратно, мертвяки сноровисто приставляли их к культям, и они становились единым целым с оставшейся плотью.

Нашинковать же противников так мелко, чтобы они не могли собрать свои тела воедино, Покланец не мог, несмотря на всё усердие. Он уже основательно выдохся, когда его осенила благодатная мысль. Воспользовавшись очередной заминкой мертвяков, собирающих отхваченные мечом конечности, Покланец срубил тонкую и гибкую, несмотря на мороз, берёзу. Несколькими движениями меча заострил её, а потом насадил ближайшего покойника на импровизированное копьё. Тот не подвёл и стал рывками продвигаться к Покланцу, насаживаясь глубже, пока дерево не прошло насквозь. Покланец сноровисто соорудил новое копьё и проткнул второго упыря. 

Не бог весть какая сноровка потребовалась для того, чтобы привязать концы берёзок друг к другу подручным кушаком. Когда на подмогу пришли, наконец, Конрад с лучниками, Покланец сидел на поваленном дереве и спокойно курил трубку, глядя на то, как два связанных между собой мертвяка пытаются пробраться напрямик сквозь густую лесную поросль, отгораживающую живых.

Их берёзовая «упряжь» цеплялась за окружающие стволы, а то, что мертвяки были зацеплены спиной друг к другу, только добавляло неразберихи. 

Конрад остановился рядом с наёмником, переводя дыхание. 

— Уже две лучины маются, болезные, — подал голос Покланец, показывая дымящейся трубкой на мертвяков. Его насмешливое спокойствие, конечно, было только маской — обнажённый меч лежал на коленях наёмника. 

— Что делать-то с ними теперь? В город отведём, народу на потеху? Так нехорошо это.

Добрые при жизни были люди. 

— С неспокойными мертвецами только одно можно сделать — упокоить, — послышался женский голос за спиной. Следом за голосом появилась и сама некромантка.

— Ну почему же? — из плотного ельника вышел в человеческом обличье Хайнрих. — Их ещё можно разорвать на части. 

— А ещё вернуть земле, где плоть во славу жизни прорастёт, — добавила худая тень Бриана, напарника Хайнриха, почти невидимая под плащом среди сухостоя.