Краденая магия. Часть 2

– Не оглядывайтесь, просто слушайте: к вам сюда идет Гончаров!»

«Воронцова послала “шестерку” проверить, почему ловушка до сих пор не сработала?» – предположил я.

«Возможно… Что ж, давайте-ка, сударь, попробуем подстрелить сразу двух зайцев. Только действовать нужно крайне расчетливо… Не соблаговолите на несколько секунд передать мне контроль над вашей десницей?»

«Что?» – не понял я.

«Ваша правая рука, сударь. Десница. Позвольте мне управлять ею. Объяснять, что делать, словами – дольше и не столь надежно… Живее, сударь, решайтесь, Гончаров уже на подходе!»

«Это же только на один раз? – не преминул все же уточнить я.

– Не навсегда? Контроль над рукой».

«На считанные мгновения. Ну же, сударь!»

«Действуйте!» – решился я.

В следующий миг моя рука потянулась к бокалу и… поднесла его к лицу!

«Что вы делаете?» – мысленно ахнул я, поспешно отклоняясь и изо всех сил сжимая губы.

«Не дергайтесь! Только все испортите!

Ладно, раз уж начали кривляться, скажите что-нибудь типа: “А запашок-то так себе!”»

– Пахнет, как от навозной кучи! – пробормотал я вслух, демонстративно скривившись.

«Перебор, сударь! Ну да что уж там теперь…»

Рука моя сама собой отодвинулась и отставила бокал на самый край стола.

– Ну, осмелюсь заметить, Ваше сиятельство, сие вы все же слегка преувеличиваете! – откликнулся тем временем Крикалев, как раз потянувшийся рукой за очередным пирожком, но с готовностью повернувшийся на мой голос.

В следующий миг локоть очкарика задел бокал – вышло это и в самом деле совершенно естественно – и тот полетел на пол.

Нет, не на пол: прямиком на уже стоявшего у меня за спиной прихвостня Воронцовой. На секунду мы все трое – я, Крикалев и вологжанин, замерли, будто завороженные, глядя, как рубиновая жидкость скатывается по рукаву Гончарова на узкую накрахмаленную манжету, а оттуда – на кисть руки, как вдруг…

– А-а-а-а!

Душераздирающий вопль Миланиного клеврета заставил если не вскочить на ноги, то хотя бы обернуться добрую половину зала.

Вологжанин очумело взмахнул облитой рукой: кожа на ней в считанные секунды покрылась бордовыми волдырями, тут же, один за другим, начавшими лопаться, выплескивая наружу какую-то густую белую массу… Мы с Крикалевым как по команде шарахнулись в стороны, чтобы не оказаться ею забрызганными. Стул подо мной опрокинулся, и, сбив по пути еще и соседний, я грохнулся на пол. Очкарика подобная доля также не минула.

За соседним столом кого-то, кажется, вырвало.