Мастеровой

Весь остальной день не был чем-то особенным. Три приема пищи, довольно большое количество свободного времени.

Следующие четыре дня ситуация не изменилась. Казалось, что жизнь вошла в определенное русло. Даже инструктора больше не свирепствовали и были в целом подозрительно спокойны. Несколько подзатыльников, и оставление проспавших без еды не в счет.

Однако, чем больше дети расслаблялись, чем больше было мирных дней тем напряженнее становился Олег. В начале всего этого безобразия определенно было сказано, что время ограничено.

Макаров не мог понять, почему люди, которые не стеснялись действовать жестко, теперь вдруг стали милыми и добрыми.

"Не нравится мне все это," - все чаще и чаще проскальзывала эта мысль в сознании парня. Пока все привыкали к окружению, Макаров пытался вспомнить все, что слышал в этом мире. А потом его осенило.

Изначально же их всех набрали в качестве наказания за проигрыш в каком-то соревновании. Если это наказание, то значит, кто-то должен будет проследить за его исполнением.

То есть когда наблюдатели убедятся, что все в порядке... Скорее всего, начнется явно что-то нехорошее.

Конечно, он не знал, что также за инструкторами следят и старейшины секты, а дети просто по сути подопытные кролики. Материал, чтобы можно было понять выйдет ли из определенных людей хорошие наставники. Однако, он был прав - за их испытанием действительно следили представители других сект.

Через десять дней после того как был организован набор детей, многие инструктора вдруг стали все чаще бросаться в крайности.

Одни не стеснялись устраивать побои по любому формальному поводу. Другие просто решили махнуть на все рукой и просто ничего не делали. Лишь некоторые добросовестно выполняли свои обязанности.

Ученики же почувствовав себя вольно тоже пустились кто куда. Некоторые стали только жрать и появляться там, где были суровые ребята. Другие просто устроили игры днями напролет. Третьи стали заниматься всякой ерундой.

Разумеется, занятия благополучно пропускались. Олегу же вообще не было до всех дела - ему была не интересна детская возня, да и чувствовал он себя неуютно. Вместе с небольшой горсткой людей он пытался что-то изучать.

Стало понятно, что "наблюдатели" куда-то исчезли и теперь все стали показывать свою истинную натуру. Для Макарова особенно печально было то, что инструктора, которые должны были учить читать стали наплевательски относиться к своей работе.