Элато. Тропой дерзких

– Лейте под ноги! Я ещё схожу, воды принесу!

В общем, налив воды, мы таки выбрались из липкой ловушки. 

− Горл! Спасибо тебе! – громко сказал я вверх, когда мы оказались на тропе. Он, наверное, сейчас следит за нами.

− Интересно, откуда он тут? – спросил кашит, когда мы возвращались. 

− Кто его знает, − Элама пожала на ходу плечами. – Но он тут давно, наверное, раз за нами наблюдает.

− Он не только наблюдал за нами, но и спас! – сказал я. 

Оказавшись у кострища, мы первым делом раздули огонь, потому что в лесу было сыро.

− Странный тут лес! – сказал кашит, когда огонь разгорелся, а ветки затрещали от жара. Онприсел у костра, скрестив ноги. Мы тоже уселись поближе к огню, который  успокаивал, дарил чувство безопасности.

− Я о таких ловушках не слыхивал никогда, − сказал я. 

− У нас в лесу было что-то подобное, тихо заговорила Элама. − Но это был небольшой цветок. На нём всегда липкая жидкость, а жуки поедают всех, кто туда попадает, цветку же достаются останки насекомых.

− Мышь… − я хмыкнул. – В этот ковёр может варанис влипнуть! И жуки эти не мышами питаются.

Я не сразу уловил движение, как будто за кашитом стоял кто-то из стекла. Еле видимый силуэт. Среагировав мгновенно, я распрямился как пружина, доставая меч. Когда я уже был на ногах, ударил в этот силуэт. Но он легко отклонился, а когда клинок прошёл, силуэт проявился. А Элама с Матэсом ничего не поняли, даже когда я закричал: − Матэс, сзади! 

Серый шакс с довольной ухмылкой на морде.

Матэс беспомощно заваливался набок, шакс отклонялся от второго удара моего клинка, а Элама только заносила меч для удара. Быстрый шакс, быстрый. 

− Лови! – крикнул я Эламе, бросив ей свой меч. Сам же прыгнул на вёрткого шакса, пока он не стал невидимым. Тем более оружия в его руках не было. Удушающий за шею – этой хваткой я связал подвижность шакса.

Меня болтало с такой силой, будто я объезжал вараниса. В глазах потемнело от боли, когда ударился спиной о дерево. Но, сцепив зубы, я лишь сильнее сжал захват на шее. Ясно, что душить его бесполезно. Но Элама уже истыкала его клинком, шакс стал слабеть. Отпустив его, прямым ударом ноги отправил его лежать на почву.

− Терзанай! Сэлта! Где вы? – крикнул я в отчаянии. 

Кашит лежал неподвижно, изо рта шла густая кровь.