Элато. Тропой дерзких

– Она укажет нам путь! Туда! – он двинулся в сторону, куда рыбка повернулась головой.

Мы пошли быстро, вместе с Эламой на ходу бросили прощальный взгляд на испепеляющееся тело нашего спутника, которого звали Матэсом. Даже странно об этом было думать: вот сердце его совсем недавно билось и тут кашит исчезает прямо на глазах.

− Вот и осталось нас двое из прежней группы! – сказала мне через плечо Элама. 

Я промолчал, лишь обернулся назад, посмотреть, не догоняет ли кто из шаксов.

Мы торопились – все понимали: чем быстрее дойдём до дерева, тем больше шансов не столкнуться с шаксами.

Терзанай широко шагал по тропе, опираясь на посох, за ним семенила Сэлта, второй посох она закрепила на спине как меч. Следом шла с обнажённым клинком Элама, а я замыкал шеренгу. Нервы на пределе: мне всюду мерещилось движение, поэтому постоянно смотрел по сторонам, озирался. Недалеко от тропы росли растения в виде гусениц, похожие мы встречали у края леса. Подняв на ходу валявшуюся ветку, я швырнул её в «гусеницу» ради интереса. Ветка прилипла к усикам-отросткам, затем затрещала – усики её сломали. 

Вдруг над Терзанаем из нависающей листвы высунулась перевёрнутая змееподобная голова нашего знакомого горла. 

− Вам тута! – указал он зелёной длинной рукой вправо.

− Нет! – Терзанай держал в руке рыбку-компас. − Нам прямо!

− Тута! – сказал горл растерянно, ещё раз указав направо, скрылся в кроне.

− А ты уверен, что прав ты, а не горл? – спросил я.

− Ты подумай хорошо: почему этого зелёного паука не трогают шаксы? – ответил маг.

– Я вот сомневаюсь, что тебе дали бы жить в этом лесу!

− Наверное, ты прав. Я ведь зарекался уже больше тут никому не верить, а вот, опять чуть не послушал чужака.

Перед нами спрыгнул горл – явился, так сказать, во всей красе. У него ног не было, лишь четыре руки, вернее, лапы. А туловище маленькое. Такой себе уродец. Если мою руку растянуть раза в три, тогда это будет подобие его лапы.

− Вам тута! – и он вновь указал направо.

− Нас уже не обмануть, − промурлыкал довольно Терзанай, проходя мимо паукообразного. Горл не сдавался, а когда я подошёл ближе, он поднял лапу, и, растерянно провозгласив «тута!», перегодил мне путь.

− Спасибо, горл! – Обойдя его стороной, я пошёл дальше. 

Оглядываться я не забывал, поэтому увидел растерянного горла, так и стоящего на тропе. А тропы тут были сродни лабиринту, то расходились, исчезая в кустах, то сходились.