Доспехи демона. Копье

Ноги по середину бедер прикрывали пластинчатые поножи поверх изумрудно-зеленых, как ранняя весенняя листва, матерчатых штанов, заправленных в высокий, почти по колено, кожаные сапоги с тонкой платформой на пятке. Голова каждого стражника была замотана зеленым же платком на манер тюрбана, из которого торчал железный шишак легкого шлема, не скрывающего лица, а свободный конец тюрбана свисал с плеча, как длинный шарф - почти по колено. Не удивлюсь, если во время песчаных бурь стражники заматывают лицо, оставляя только узкие щелочки для глаз.

Вооружен каждый стражник был длинным изогнутым мечом в ножнах на поясе слева, и коротким луком в налуче, одновременно исполняющем функцию колчана, на бедре справа. Еще за спиной каждого стража висел небольшой, с полметра в диаметре, круглый щит.

Нет, это явно не самураи. Скорее уж сарацины какие-то.

Когда последняя телега скрылась за стенами города, стражи обратили внимание на нас. Один из них - тот, что с модной бородкой, подошел и обратился ко мне:

- Светлой ночи.

Что привело вас в Шалихад?

Я беспомощно глянул на Тору, не зная, что ответить.

- Простите, мы не говорим на шали. - вмешалась Тора. - А мой спутник вообще плохо разговаривает, давняя травма.

Страж без вопросов повернулся к ней и повторил все те же вопросы, что задавал мне, только слегка перефразировав:

- Светлой ночи. Зачем... прибыли в Шалихад?

По ходу, женщины тут не сильно в почете, раз в разговоре с ней страж ведет себя явно грубее, чем когда обращался ко мне.

Впрочем, Тора не обратила на это внимания, и ответила как ни в чем ни бывало:

- Путешествуем. Мы странствующие артисты, зарабатываем тем, что даем представления в городах и пересказываем истории, услышанные где-то в других краях.

- Хорошо. - кивнул страж. - Напоминаю вам, что в городе двигаться на... лошадях можно только если это.... э-э-э... повозка, либо если имеется особое... разрешение. Всем прочим полагается вести... лошадей... руками.

Шалихадец изъяснялся как-то косноязычно, постоянно делая паузы между словами, будто вытягивая их, сопротивляющихся, из собственного лексикона за хвосты.

Словно он говорил на каком-то плохо знакомом языке, или, вернее сказать, на языке, который он условно знает, но вся практика ограничивается занятиями в школе, половину из которых он прогулял. Примерно так же я объяснялся с одним американским туристом, который отбился от группы и пытался выяснить, как ему пройти в его гостиницу.