Во имя порядка: на закате древней эпохи

Компания конечно одарит её щедрыми подарками, осыплет златом, если потери окажутся минимальными и скараггскую угрозу удастся устранить. И конечно же она этого желает. Однако с другой стороны всё сильнее слышится шёпот, призывающий к простой жизни – бросить всё, ибо гнаться больше не за чем.

«Зачем мне это злато?» - подумала Дижаам. – «Кому я хочу что-то доказать? Или же что просто хочу? Не страх ли меня гнал? Я ведь боялась, что всё потеряю», - после этой мысли возник образ нищего дома, от которого она бежит всю жизнь, но продолжая себя копать она находит что-то более душетрепещущее и продолжает себя спрашивать.

– «Золото, зачем оно мне? Кому я его принесу? Не хочу ли я им доказать ли, что достойна… любви?», - сие раздумье явило образ отца и матери, которым она должна доказать и показать, что её усилиями дом может жить хорошо.

Джакомо подвёл ладонь к её щеке и заботливо отёр, убирая грязь. Онелис отпустили мысли о том, что в ней творится, а насыщенно-красные губы украсила красивая улыбка.

«Используй как мешок с деньгами», - трезвоном раздаётся злобная мысль, но в противовес ей рождается – «Подумай». И воззрев на город, ставший символом непарного безумия и стремления к бренной цели, она поняла, до чего могут довести непомерные амбиции, будь то мятежного архисерафима или власти.

- Гарибальди, - томно прошептала девушка, мягко коснувшись его своей ладонью.

- Эй! – разразился криком ротный маг, заставив обоих вздрогнуть. – Мне вас до петухов караулить?! Вы уже насмотрелись на этот бардак, айда отседова!

- Пойдём, нам скоро возвращаться, - встал Джакомо, - этот мессир нас долго ждать не будет.

Глава 8. Последние стражи Арктвенда

Следующее утро. Арктвенд.

Прекрасное рассветное утро зиждется над песчаным берегом. Смуглая девушка, чей прекрасный лик обращён к солнцу внимает прохладным ветрам, развивающим её чёрные волосы. На ней лёгкая светлая одежда, поддающаяся порывам ветерка, в глазах сияет красно-золотое закатное светило, окрасившее воды в раскалённое растёкшееся злато.

Всё это ей напоминает о доме, о родных краях и берегах Киле.

- Дижаам, - раздался голос, подобный шелесту сухих листьев, и она обернулась и сию секунду её глаза встретились со светоносной фигурой – хитон этого существа светел, русые волосы не поддаются ветру, а на поясе взгляд слепит золотая обложка толстой книги.

- Отец, - потянулась к нему девушка, подумав, что во сне вновь видит потерянную родственную душу.

В ответ только тишина.