Во имя порядка: на закате древней эпохи

Перед ним выросла грозная фигура – арп, защищённый с ног до головы чёрным доспехом, красующийся золотой короной на голове.

- Арпский король, - сплюнул кровь инквизитор и быстро поднялся, превозмогая тянущую усталость.

Прямой меч высек сноп искр о чёрную броню, арп же ответил вихревым ударом алебарды. Отступив, Штеппфан снова атакует и его меч всходящим колющим выпадом рассёк щёку арпа и сместил корону. Клинок должен был вонзиться в подбородок, но тварь вовремя отскочила и с яростью рассекла воздух алебардой.

Инквизитор, не успевший вовремя убрать ногу, ощутил, как сталь впивается в его плоть, как под штаниной плещется кровь.

В грудь впечаталась стопа арпа и Штеппфан спиной ощутил холод земли. Перед глазами всё плывёт, пальцы пытаются сомкнуться на рукояти, но вот враг придавливает к земле ногой, занося пик алебарды для добивающего пронзительного удара.

Аннкрат кинулся к поверженному инквизитору, но был остановлен арпской знатью. Баяррин или Джакомо с Дижаам идут в тылу, и никто его не спасёт.

Длинный шип молнией пронзает панцирь и впивается в тело… это конец и Даль’Кир, внимая отдалённым звукам битвы понимает это. Но Штеппфан только стиснул зубы и дал войти стали как можно глубже. Три секунды растянулись мучительной вечностью, но они того стоили. Как только арп подумал, что дело кончено, Штеппфан резко подался вперёд и горящим острием меч вошёл в шею короля. Монаршая особа оторопела, а затем взвыла, чёрная жижа бурным потоком хлынула из горла, арп же с кряхтением и воплями отпрыгнул от инквизитора, став цепляться за подданных и что-то им верещать.

Ошарашенные арпы остановили наступление, ибо жизнь короля для них важнее. Все кинулись к своему королю и как только слух разнёсся по вражескому стану, арпы с округлёнными глазами, стали беспорядочно метаться, чем расстроили порядки скаррагов. Артиллерия заработала, но из-за сильного противного ветра и арпского восстания камни и болты прилетели прямо на головы скараггов.

- Ничего, ты будешь жить! – над Штеппфаном склонился Филипп, вытаскивающий алебарду.

- Смешно получилось, - губы инквизитора окрасились в алый, - я – эндералец умер за Нерим.

- Этот анекдот будешь рассказывать детям, - в руках Филиппа оказалась бумага, которая спустя секунду тёплым ласкающим потоком света входит в тело инквизитора.

Штеппфан ощутил, что силы вновь заполняют его, что холод выветривается и кончики пальцев не сковывает могильный лёд.