Во имя порядка: на закате древней эпохи

- Ты… какая же радость! – воскликнул Фриджидиэн, чувствуя, что в его груди всё заиграло необычайным подъёмом, весельем и радостью, сам он коснулся щеки и ощутил солёную влагу на пальцах; теперь у него будет ребёнок – плод их любви, а сие породило настолько высокие эмоции и переживания – эндеральцу показалось, что его словно в небо вознесли.

Щекой Лишари почувствовала, как её коснулась грубая мужская ладонь, как её пододвинули и на губах разлилась сладость поцелуя того, кто был любим сильнее всего. Их союз – диво старому миру, где главнее всего ставились нация да традиция и эндералец вряд ли бы взял в жёны полускараггчку.

Но Лишари греет то, ради неё, ради любви жизни с ней он откинул запрет, и его окутывает радость от того, что Лишари увидела в нём мужчину, а не эндеральского мракобеса. Через любовь они преодолели и их поцелей только подтверждает это. В жарком прикосновении Лишари коснулась Фриджидиэна, ощутила ладонью его щетину и захотела, чтобы момент прекрасной яркой страсти не заканчивался, но суровая реальность вновь напоминает о себе:

- Фрилджидэээн! – доносится вой с улицы.

– Фриджидиэээн!

- Что это? – смутилась Лишари.

- Наверное духи, - отшутился парень.

Вновь неримка и эндералец коснулись друг друга в поцелуе и поспешив утонуть в меду любви, но скрип двери и женский голос прервал сладкий момент.

- Простите, что вторгаюсь! Фриджидиэн, там… в общем тебя зовут!

- Хорошо, пойду посмотрю, кому приспичило, - встал эндералец и быстро нашёл сапоги и обернулся к томно смотрящей Лишари.

– Я скоро вернусь.

- Буду ждать, - прошептала дама.

Фриджидиэн спустился и вышел за порог, лицом и грудью он ощутил настойчивую ветреную прохладу, а нос защекотало от соли в воздухе. Можно было бы насладиться вечером, если бы не резкий голос:

- Слыш, кэп, этот глоткорвань уже достал!

Фриджидиэн увидел у порога гоблина, в панцире, а на бедре слабо поблескивает кусок металла. Парень ничего не сказал, только пошёл вперёд, там, где на песок ложатся доски причала.

- Пашли, потрындим, - поплёлся за ним гоблин. – И спасиб те за отвар. Наш парняга – Зог смог подняться.

Эндералец был готов к встречу со многим, практически со всем, но вид мужчины в красном одеянии Инквизиции – изодранном, грязном и рванном, лицо его обросло щетиной. Вокруг него копошаться гоблины – они в его грудь уставили острия пик, а лучники позади держат кривые стрелы на тетиве. К ним уже подтягиваются люди – стражники с алебардами.