Во имя порядка: на закате древней эпохи

Шаманка, занеся посох для заклятья, взвизгнула диким душетрепещущим воплем и упала на землю. Её пронзила насыщенно-сиреневая молния. Затем и другие племенные маги стали падать один за другим, пытаясь применить магию.

Тем временем Бейлбладга оттеснили ко второй линии. Он мельком увидел, как проходит ритуал. Синдари посыпает каждый «сосуд» белым порошком, который начинает светиться. Затем он возжигает восемь свечей и ставит их в центр, возле большого блюда, где плещется мутная вода.

Скарагги, чувствуя, что не могут напрямую прорваться, стали обходить ряды с флангов, пытаясь окружить врага, но тут их встретили ливнем копий. Метательные дротики с лёгкостью пробили костные пластины и ткань, уложив в сон вечный наступающих. Дикари второй волной напирают на культистов, но справа и слева им прохода не дают копьеметатели, пращники и лучники, а в центре они натыкаются на стену щитов и ярость, включённую в сталь. И это для сил темнейшей тьмы – хорошо, ибо чем больше падёт, тем больше жертв будет принесено на алтари и Бейлбладг лично пополняет чёрную копилку своей тяжёлой секирой.

Но и скарагги не оставались в долгу. Безумным напором и ненормальным рвением к битве они ведут себя на бой, устрашая сектантов. Тяжёлых секироносцев и воинов молота они бьют по древкам оружия, а потом затыкивая в лицо и шею копьями и мечами. Мечники же беспорядочно наносят удары, их мечи стали медленнее, руки, скованные усталостью, с трудом разят ворога.

Их окружают и разят множественными выпадами в открытие места. Сначала ставят на колеи, а потом забивают. Катапульта разит всё ближе к союзникам, но вот только её снаряды теперь – камень, который собирает куда более меньшую жатву. Щитники и копьеносцы теснятся полчищами скараггов, который смогли выбить десяток воинов и вклинились в ряды, став резать и кромсать. Второй ряд вмиг рассеялся, перейдя к активному бою, где на каждого воина едва ли не пять дикарей.

Синдари чувствует возрастающую мощь шторма. На языке уже ощущается наэлектризованность и привкус соли. Сосуды теперь буквально светятся, их жизненная сила изливается в блюдо, а души медленно вытягиваются, чтобы разорвать пространство. Люди и аэтерна, изуродовавшие свой чистый образ, смрадом и вонью проклятых душ призвали порождения зла, которые с другой стороны мира уже готовы помочь в свершении ритуала.