Во имя порядка: на закате древней эпохи

Они слушать его и повиноваться. А когда он послать пророка, мы подчиниться, - скараггчка подошла к клети и баяррин уже отчётливее видел её лицо – малый нос, карие миндальные глаза, но выразительно-оточенные очертания. – Великий дух скорее законы, и общая концепция мира. Он есть принцип.

- Безбожники, - прошептал Свяослав. – На кой вам этот маяк?

- Если его зажечь, то скарагг достоин будет любви духа и пророка его. Мы доказать всему миру, что мы не так слабы. Дух за это нам даст силу и богатство, на маяк слетятся его слуги.

- То есть, вся ваша сеч, точнее, война это… священный поход?

- Да. Мы показать духу, что достойны империи.

Свяослав приложил ладонь к бороде. Для него кажется это странным – без оглядки идти за тем, кто предлагает сомнительное счастье впустить из тёмного мира слуг «духа» и, кто готов затопить в крови всю землю ради цели. Он уже не спрашивает о кровавых жертвоприношениях и звериной жестокости, потому что знает, что ответ будет в стиле – «так делали наши предки, так и мы делаем» или «так велит дух».

- Ты где научилась иналу? Вроде два года назад вы ещё полуголые бегали.

- Да, мы быть не совершенны, но дух нам учить и давать нам технология. Пророк, прийти к нам и учить нас. Его слуги дать нашим командир знание языков.

- Языков говоришь… - баяррин вынул небольшую книжку из кафтана. – Вот, учись хорошей грамоте, это наш словарь. А то говоришь ты… топорно.

- Хорошо, - взяла девушка книгу, в её очах промелькнуло удивление, которое она решила выразить.

- Не каждый день встречаешь девку, которая тебя отделала на поле боя.

- Если бы тебе не помогли, я повергнуть тебя, - гордо изрекла скараггчка, - баяррин этому только рассмеялся, кивнул и только собирался уйти как южанка тихо обратилась. – Я – Кцаль, а твой имя?

- Свяослав, - остановился баяррин и повернулся. – Кстати, а зачем вашему отряду нужны были повязки?

- Это долгий история.

В сырой темнице ещё продолжится разговор о двух культурах и если бы Штеппфан видел его, то сильно возмутился бы, ибо скарагги для него - еретики. Сам инквизитор поспешил забыться в небольшой таверне, которая радушно принимает солдат и их жалование. Внутри крепости есть харчевня, но там совсем не наливают. Пройдя к разросшейся пристани, Штеппфан прошёл в приземистое строение, обложенное камнем.