Астральный гамбит (Краденая магия - 3)

Детали потом объясню, – отмахнулась Милана.

– Понятно, – кивнул я. – И кто формирует команду?

– Нашу – я.

– А почему ты?

– Может быть, потому, что моя фамилия – Воронцова? – усмехнулась молодая графиня. И, выдержав выразительную паузу, продолжила: – А именно такая значилась на первой строчке вступительного рейтинга Федоровки. Вот организаторы на меня и вышли.

– А кто организаторы?

– Особый комитет. Неофициальный, конечно.

– А почему неофициальный?

– Чухонец, не тупи, а? – состроила недовольную гримасу Милана.

– Гонки на самобеглых экипажах по ночному городу. В грозу. С участием несовершеннолетних кадетов, которым, вообще-то, без приказа и днем-то территорию корпуса покидать не позволено.

– Так это еще и незаконно? – догадался наконец я.

– Неофициально, – поправила меня Воронцова.

– Незаконно, – покачал головой я.

– Ну ладно, незаконно. С формальной точки зрения. И что?

– То, что я – пас.

– Почему? – искренне изумилась моя собеседница.

– Не хочу вылететь из Федоровки из-за такой ерунды.

Мне еще есть чему здесь подучиться.

– Что за чушь?! – насупила брови Милана. – Никто ниоткуда не вылетит! Все офицеры корпуса, как и других школ, когда-то были первокурсниками, а лучшие – сами в таких гонках участвовали! Насчет Поклонской точно знаю – она в комитете. А возглавляет его, как поговаривают, сам Цесаревич – хотя вот это уже не точно. Но всяко люди там собрались влиятельные, всегда отмажут, если что.

– Даже так? – покачал головой я. Цесаревич – это, конечно, серьезно. – А что дает победа?

– Ну, призовых баллов тебе за это не начислят – соревнования все ж таки неофициальные… Корпусу – престиж, команде – уважение старшекурсников и преподавателей – по крайней мере, части из них.

Не обязательно даже в случае победы, просто при достойном выступлении – Федоровка лет десять не побеждала в гонках, а в прошлом году даже в первую тройку не вошла. В команду специально берут по одному кадету из каждого отделения – чтобы не нарушать внутрикорпусного баланса в славе. От первого иду я, от второго – Ясухару. Так что, если ты и впрямь откажешься – придется мне звать кого-то другого из ваших «жандармов». Иванову, например? – склонив голову на плечо, хитро посмотрела на меня собеседница.

– Ой, да на здоровье! – всплеснул я руками. – Она там еще где-нибудь смухлюет, попадется – вас к духам дисквалифицируют, и вместо уважения преподов получите заслуженный прессинг!

– «Еще смухлюет»? – на свой лад выхватила из моей фразы суть Воронцова.