Астральный гамбит (Краденая магия - 3)

В промежутке между датой завершения экзаменов и первым учебным днем кадетский рейтинг никаких изменений не претерпел, и, соответственно, лидеры остались прежними. Сегодня же, с началом занятий, старые результаты обнулятся, и к зимним каникулам будут подведены новые промежуточные итоги. Лучший кадет внутри каждого отделения станет новым (или старым, если это окажется кто-то из нашей избранной троицы) формальным командиром, правофланговым в строю и займет в трапезном зале место во главе стола. Никаких иных бонусов, кажется, тут не предусматривалось.

Определится и лучшее отделение из трех – по общей сумме баллов, набранных его кадетами. Вот здесь победителям обещали некий приз, но какой именно – я прослушал.

«Экскурсионная поездка, – поспешил услужливо подсказать мне Фу. – Лучшее отделение первого курса отправится на неделю в увлекательное и познавательное путешествие».

«Куда?» – машинально спросил я.

«Пока не определено».

«Собственно, без разницы, – скривился я.

– Условия всяко не равны. В первом и втором отделениях по полной дюжине, а нас – одиннадцать…»

Двенадцатой у нас должна была быть Надя…

«Нет», – нежданно возразил на это дух.

«Что нет? – не понял я. – Надя была зачислена в наше, третье отделение…»

«Место маны пусто не бывает, сударь, – заявил на это Фу. – Вот, послушайте-ка господина есаула!»

Я снова сфокусировал взгляд на Корнилове.

– …сего трагического происшествия, – уловил я лишь окончание произнесенной им фразы, но сразу понял, что речь в ней шла как раз о Наде.

Но, как оказалось, не только о ней. – Посему приказом начальника Федоровского кадетского корпуса номер 137 от нынешнего числа на вакантное место зачислен новый кадет, – продолжил есаул. – Прошу любить и жаловать: госпожа Иванова!

Корнилов сделал жест рукой, и из-за его спины выступила девушка в черной кадетской форме – невысокая, щуплая, обладательница огромных карих глаз, кажется, едва умещавшихся на узком скуластом лице.

Темные волосы новенькой были заплетены в две тонкие кривоватые косички, правая при этом спадала на отнюдь не выдающегося размера грудь, а левая оставалась где-то за спиной.

По шеренге первокурсников пронесся недоуменно-рассеянный гул.

– Что-то я ее не помню на вступительных, – почти не размыкая губ, сухо пробормотала слева от меня Тереза фон Ливен.

– Точно, не было у нас на потоке никакой Ивановой! – в полголоса подтвердила Маша Муравьева.