Изорванное знамя

С детства приученный ко служению, знающий о своем призвании защищать род Муцэтаки до последнего вздоха, юный Тотёосо стремился во что бы то ни стало показать свое мастерство в битвах, возвыситься среди своих товарищей и наконец, добиться призвания самого владыки Сенью. Еще не видавший битв, когда ряды бойцов идут ровным строем на такие же ряды врагов, не видавший всего ужаса поля боя, Уромати грезил о великих свершениях. И потому он с ранних лет, как только ему дали в руки деревянный меч, он с особым усердием занимался, тренировал тело и дух.

И вот, тот час настал: знамена Отэ развеваются на поле боя, и он наконец в их рядах, в рядах немногочисленного войска Муцэтаки, шагает навстречу долгожданной битвы.

В тот день изменилось все. Мечты о воинской славе затмились криками, воплями и хрустом ломающихся доспехов и костей, вражескими солдатами, бросающимися в бой с яростью и животной жестокостью, и вязкой от крови и трупов землей.

Не многие выжили в битве, и еще меньшие – в последующих.

Но Тотёосо сумел пройти все эти испытания, и вернулся домой уже совсем другим человеком. Со стеклянным взглядом и заледеневшим сердцем. И долгие годы ушли, чтобы свыкнуться с воспоминаниями. Хотя, свыкся ли он? Время от времени мурашки пробегали по всему телу от одних лишь слов о войне…

Первый луч солнца осветил небеса, и Тотёосо улыбнулся. Новый день. С лучами солнца воспрянут цветы, проснутся насекомые, защебечут птицы, и жизнь пойдет дальше.

Тотёосо сомкнул глаза, наконец почувствовав сон.

Осталось совсем мало времени на отдых, но эти драгоценные часы больше нельзя было прожигать впустую. Впереди был долгий день, на который требовалось много сил. Ах, ведь осталось еще не так много пройти, и Муцэтаки наконец будут в безопасной столице, Нокгоку! На душе стало легче, и с благими мыслями, Уромати наконец уснул.

***

Разбудил его Орукэ. Солнце поднялось еще невысоко, окрашивая горизонт золотисто-розовым сиянием. Утренняя прохлада пробивалась сквозь приоткрытую дверь, пробуждая ото сна Ленео, и уснувшего немногим ранее Тотёосо старика.

Или, быть может, его разбудили шебаршения сонных гостей.

- Мора, я хочу есть, - затвердил Орукэ, как только Тотёосо проморгался и более-менее пришел в сознание после сна.

- Сейчас, сейчас, - устало ответил Уромати. Ужасно хотелось спать, но делать нечего: слово господина – закон.

Заметив, что хозяин дома уже не спит, Тотёосо попросил разрешения приготовить завтрак.