Арик

Видения никуда не исчезли. Они просто настолько быстро крутились у Арика в голове, что получалось не обращать на них внимания и смотреть на непосредственное, на реальное. Полуживотное-получеловек стояло теперь в нескольких шагах от него. Под его кожей, казалось, ползали какие-то жуки. От каждого даже небольшого движения создания перед ним, Арик вздрагивал всем телом. Его кожа пузырилась и подрагивала, а существо смотрело на него спокойно и почти что безразлично. У него была козлиная голова. Зрачки двигались, меняли форму, светлели и темнели, а в небе дрожали звезды.

Потом лесной дух остановился. Все вокруг замерло. Листва, воющая вокруг внезапно умолкла. Больше никто не двигался, ни существа, ни даже сам воздух, пространство остановилось. Лишь козьи зрачки продолжили играть свою игру. А следом толстые кожаные веки существа перед Ариком звучно схлопнулись и снова открылись. Ему было не нужно, но он моргнул. И от того этот жест был жутким.

Деревянный посох с треском сдвинулся с места. Только потом Арик понял, что трещал не он.

Его кожа покрылась сухими разломами. А потом шрам, которых проходил у мужчины от правой брови до правой щеки задрожал. Это было старое ранение, полученное еще там, в другом мире. Железный осколок перегретого двигателя рассек ему лицо. Мужчина поднял дрожащую руку чтобы прикоснутся к ране и в этот момент его глаз залила кровь. Скрежет и треск натянутой высушенной кожи прозвучал прямо у него в ушах. Грубые пальцы коснулись шрама. Его края шевелились, поднимаясь вверх, они тянулись к посоху, который направился к мужскому лицу. Следом Арик почувствовал, как край древнего ранения сдвинулся. И пополз по его лбу.

Человеческий крик раздался в пустоте. Воин чувствовал, как будто бы лезвие бритвы, по его лбу ползет огненная змея жгущей боли, разрывая кожу. Он уже ничего не видел сквозь кровь. Но это было только начало. Посох продвинулся дальше и внезапно, рана на спине, сделанная иййя-топором тоже задрожала. Словно удар плети, новый порыв боли сковал нервную систему мужчины.

Его руки задрожали, а он чувствовал, как его древние шрамы, маленькие и большие ползают по телу, свежуя его, принося невыносимое страдание. Громкий крик вырвался из глотки Арика, а потом превратился в хрипение, когда одна из кровавых змей заползла ему на горло. Кровь окропила всю одежду и теперь стекала на землю.

Посох сближался с мужчиной медленно, но с каждым пройденным сантиметром буйство ранений на теле Арика усиливалось и усиливалось.