Шёпот в ночи

Каждый из них знал, что нападать стаей куда лучше – больше шансов застать недруга врасплох, но в таком случае добычей придется делиться со всеми. Но станут ли они? Конечно, нет. Горбатые обитатели ночи слишком жадные, алчные, особенно, когда речь идет о пище, добыче. Свежем мясе…

Горбатые окончательно растворились в густом мраке, а значит, Эрик почти дошел до цели – до пещеры троллей. Либо до территории какого-нибудь другого существа или существ, коих боятся даже низкорослые убийцы.

Паладин пробирался напрямик к заинтересовавшему его красному огоньку за жухлыми кустиками, пропускающими слишком много света.

Паладин без помех добрался до поляны, на которой горел костер, и увидел НЕЧТО…

Три огромных существа за кострищем, насадив на кривые прутики что-то непонятное и ароматное, смотрели на котелок, висящий над костром, и уплетали мясо. Запах усиливался при каждом резком движении. Существа спорили о чем-то столь заинтересовавшим их, что никто из них даже не заметил, как Эрик медленно пробрался к кострищу.

Пахло от чудищ прямо-таки убийственно. Жуткая вонь ощущалась сразу же. В этот миг Эрик мечтал больше всего об одном: вернуться домой и уткнуться носом в благоухающие земляникой волосы Элли. Он никогда еще не чувствовал столь отвратительной вони вперемешку с вполне сносным ароматом жареного мяса.

Существа в рваных брэ[9] облизывали толстые пальцы, тянули свои мерзкие рожи с маленькими глазками к деревянному кувшину, коим орудовал более щуплый, с чудовищным шрамом на щеке.

Рядом со стоящим поодаль пузатым бочонком, на котором было написано «Пиво Джонса», валялись две внушительных размеров сумы, составленные из шкур; скорее всего, – козьих.

Это были тролли. Скальные тролли. Эрик определил это по их каменным наростам на толстой шкуре, которая служила природной кольчугой для подобных существ. 

Изъяснялись существа таким образом, что будь рядом какой-нибудь представитель светского общества, у него бы завяли уши и случился инсульт с летальным исходом.

В общем, – ни в один приличный дом с такой речью не впустили бы. Даже Эрик, частый гость кабаков, не мог разобрать некоторых выражений.

– Этот треклятый кобольд совсем запустил свою ферму… – Сетовал великан со шрамом, жадно впиваясь кривыми зубами в мясо. – Овцы худощавые, как и его семья, погляди Криторт, – тролль повернулся к собрату, указывая на прутик.