Оковы огня. Часть 2

Пальцы с силой вдавили один из кристаллов, магия послушным потоком хлынула по руке в артефакт. Камни заиграли всеми цветами радуги. В сантиметре над рукой соткались пламенные руны, и Эверард с напряжением посмотрел на одному ему понятные знаки. Он продолжал методично перестраивать артефакт, борясь с ощущением, что мозг, разогнанный Волей, вот-вот перестанет соображать. Слишком уж много нужно было учесть, чтобы пробить такой плотный слой древней магии. Он чувствовал текущие по губам струйки крови, тёплые, солоноватые, с металлическим привкусом.

Левую руку раздирала боль, но он не позволил себе отвлечься.

— Так, — мрачно сказал Эверард. Руны над предплечьем пылали стабильным синим светом. Всё было готово. — Должно сработать, — прошептал он. В противном случае, на одного потомка драконов станет меньше. С усилием направил магический импульс, устремившийся тёплой волной по руке в наруч. Камни моргнули — сигнал отправлен. Эверарду показалось, что он буквально видит, как тот, похожий на солнечный луч, рассекает тьму.

Раздался тихий гул, похожий на далёкое разгневанное горное эхо. Потоки густого мрака вокруг Эверард забурлили, покрылись рябью и с бешенством хлынули на него со всех сторон.

— Проклятье, — только и успел выругаться он. Всё без толку.

Неимоверная сила, от которой затрещали кости, и всё тело охватила пронзающая боль. Тьма хотела выдавить из него всю жизнь. Крупицы магии и Воли — он использовал всё, что осталось, но этого оказалось мало.

Тиски сжимались сильнее и сильнее.

И вот, наконец, он почувствовал, как последняя капля его резерва истаяла. Огонь вокруг тела замерцал и стал угасать, как истощивший сам себя лесной пожар: то тут то там появлялись прорехи, в которые устремлялась тьма и принималась своим холодным языком облизывать добычу, приноравливаться, как бы понадёжнее вцепиться в живую плоть. Эверард чувствовал, как внутри расползается леденящее, парализующее отчаяние. Пожалуй, и его он ощутил впервые. «Настоящий день открытий,» — с горькой усмешкой пронеслось в голове.

Он, словно со стороны, наблюдал, как его тело охватывают потоки тьмы, змеями обвиваются вокруг него. Остатки щита всё ещё пытались защитить хозяина, отдельными всполохами отгоняя тьму, но всё уже было предрешено. Силы оставили его, резерв был пуст, а разум отказывался работать, погрузившись в какое-то странное оцепенение.

Перед глазами стали проноситься картины из прошлого, фантомы старых воспоминаний.