Синий, как море

»

И вылил он воду на землю, и приняла земля воду, и впитала в себя.

И воины Энлариса, и воины Хирама, отринув жажду боя, закричали:

«Да здравствует Властитель Хирам! Да живет вечно Хирам Мудрый!»

А воины Хальгара, еще не веря в спасение свое, молча переглядывались, а потом стали кричать:

«Благословен будь, Хальгар, наш Ярл! Благословен будь, Хирам Спаситель!»

И Глориан дан Лориделл, склонившись к Хираму, сказал: «Воистину мудро поступил ты. Шесть Знамен ты спас для грядущих боев: четыре Оранжевых, одно Белое да одно Зеленое.

Пристало тебе зваться Хирам Мудрый.»

Так началось шестое правление династии, а считается оно с часа клятвы. Было это двадцать третьего златолиста, в изумруде, у стен Ингеррара. В сорок лет принял Зеленый принц Домена Хирам венец отца своего, десять лет до того носил он Цвет Зеленый. И было это в оборот 1508 от Рождества Первого Корабела, а по счету Белой Гавани – оборот 1437 от Золотого Дождя, а от воцарения Селекса – год 320, от Второго Передела же восемьдесят восьмой.

»

Я закрыл книгу и невольно зажмурился. Картины прошедших дней возникали в моем воображении; я проклинал того, кто стер из моей памяти все великолепие этих событий и благословлял вдохновенную руку летописца. А когда я раскрыл глаза, надо мной склонился Орбен.

– Я не смею советовать вашему сиятельству, но возможно, добрый сон поможет Властителю лучше чувствовать себя во время завтрашнего пути? Властитель Данк уже седьмым храпом храпит, а ваше сиятельство все читает…

Я вдруг неистово зевнул и понял, что действительно дьявольски устал и очень, очень хочу спать.

Я положил книгу в хитрый капкан‑ларец, шлепнул его по крышке и беззвучно произнес «Райдок». Щелкнул запор. Книга была в безопасности, а я – в порядке. Затем я с удивлением обнаружил перед собой поднос, налил и залпом выпил чашечку совершенно остывшего кофе.

– Да. Спать.

Как Орбен задул светильню, я уже не видел.

Проснулся я, когда солнце стояло достаточно высоко. Прямо передо мной дымился кофейник. Орбена поблизости не было.

По другую сторону кострища слышалась возня. Вяло ругался Данк, почтительно бубнил Хьюма. Кажется, Оранжевый принц не желал признать связь своего поведения с природными силами. В смысле, день‑де сну не помеха. Я зевнул так, что за ушами затрещало, и молча с ним согласился.

Зашуршал полог, появился Орбен.

– Доброго утра вашему сиятельству!

– Ага, – сказал я, опять зевая. – Привет, Орбен. А где вчерашний кофе, холодный?

Орбен смущенно улыбнулся.