Тропа Скомороха

На батарее замелькали солдаты в русской форме, которые бросились к оружию и стали азартно палить куда-то вправо.

Но воины не видели другой опасности. Слева – метрах в трехстах – на батарею выходила кавалеристская лава. Блеск кирас и касок французских кирасиров в отблесках звезд создал четкую аллюзию с атакой немецких псов-рыцарей. Повторная смерть неумолима приближалась к защитникам. Эту атаку они даже не видят.

-Белкина, у тебя остался еще розжиг? Надо прикрыть фланг!

Не услышав ответа, мужчина обернулся.

Белкина стояла раскинув руки и ее губы что-то шептали. Лицо засветилось и, через секунду, она с хлопком свела руки над головой.

-Восстаньте! – ее голос подобно раскату грома накрыл все пространство над батареей.

Вновь ожили сугробы. Но на этот раз появились не тени. Скелеты. Останки солдат в полуистлевших мундирах двинулись к незанятым пушкам, смотрящим на левый фланг.

– А мы, Олег, давай-ка посмотрим на это со стороны, - сказала Лиза уже более привычным голосом.

Она потянула Орлова подальше от неизбежной битвы.

Минута – и завязалось грандиозный бой. Французы полезли, и скоро батарея стала похожа на железный холм, чудно шевелившийся, лязгавший и грохотавший. Слышались удары сабель и хлопки выстрелов, крики ярости и отчаяния. Лидер кирасиров пал одним из первых. Чаша весов склонялась то в одну сторону, то в другую, как вдруг атакующие расступились и на флешах возник еще один французский генерал. В красивом, практически целом мундире. В два человеческих роста, зажавший в обеих руках по мощной изогнутой сабле.

Защитники начали падать, подобно колосьям пшеницы под серпом хлебороба. Падали и французы, но стало понятно, что они победят. Последний русский в отчаянном выпаде выпустил пулю прямо в грудь генералу. Тот, успев заколоть солдата, схватился за грудь и рухнул к ногам своей последней жертвы.

Оставшийся десяток мерзлых французов сначала замер, не веря в смерть своего командира. Но потом, очень медленно повернулся в сторону Орлова и Белкиной.

В глазницах скелетов вспыхнул красный безумный огонь. Воины отбросили полуистлевшие старые ружья и, печатая шаг, двинулись в сторону пары живых.

Олег вдруг почувствовал ярость. По телу прошелся словно электрический импульс. Мышцы свело, а в кончики пальцев от сердца хлынул неистовый жар. Не удержавшись, он хлопнул в ладоши и закричал. И земля за французами взорвалась.

Когда мерзлая пыль улеглась, в центре воронки появился огромный медведь.