Временщик 3

Чуть что не так делаешь — ловят и показательно наказывают. Часто упекают в застенки.

— А Вэринги?

— Вроде Стражей. Но если в Отстойнике это Орден, то тут скорее работа. Они получают зарплату, дают императору присягу.

— Император — обыватель?

— Нет, конечно. Когда Его Величество входит в возраст взросления, его инициируют. Всегда.

— В таком случае, получается, он вроде ведет двойную игру?

— А как без этого? Скажу больше, Священный Синод отчитывается ему об успехах в искоренении скверны, куда относятся и бесноватые.

Игроки, то есть. А Император важно кивает головой и благодарит за службу. Но не беспокойся, если соблюдать осторожность, то с тобой ничего не случится. Тем более Игроков здесь не так много.

— Почему?

— Перейти в Пургатор можно и через Уллум, мир зверолюдей. И многие предпочитают именно его моему холодному мрачному дому.

Я осмотрелся. Нет, выглядело все довольно серовато. Никакого буйства красок, однотипные аккуратные домишки. Кстати, насколько я мог судить, хорошо проконопаченные — здесь знали, что такое настоящие морозы.

Из труб вьется дымок, пахнет свежестью и, к сожалению, немного моей новой одеждой. Да, мир не высокотехнологичный, такое позднее средневековье. Но вон там, впереди, вообще-то двух и трехэтажные бюргерские дома. Видимо, центр города. Нормальное место после Пургатора. Да, прохладно, особенно, если ты не корл. Однако есть в этом какая-то своя атмосфера. Поэтому известие, что Игроки предпочитают Ноглу Уллум стало для меня открытием. Что же там такого в этом мире зверолюдей?

— Почему?

А мои спутники меж тем не торопились отвечать. Только Рис как-то странно поглядывала то на Троуга, то на Лиция. Корл опустил голову и увлеченно рассматривал засыпанную снегом мостовую. Отвечать стал ментат.

— Уллум, по сути, резервация. Место, куда Вратари первый и последний раз за всю историю открыли проход. Зверолюдам позволили там жить. Но у нас по-прежнему нет прав, по сравнению с Игроками. Поэтому Ищущие любят посещать Уллум для всякого рода развлечений.

Я называю это рабство.

— Так почему бы всем зверолюдам не восстать?

— После войны «Зверей и людей» никто старается об этом не думать. По двум десяткам миров, которые населяли различные зверолюды, пронесся геноцид, творимый Игроками. Людьми, корлами, пергами, иорольфами... Потому что мы не были похожи на остальных. Поэтому сейчас мы пытаемся лишь выжить.

— Лиций, я не знаю, что говорить в таких случаях.