Точка Зрения. Том Первый

Теперь же он несся, не жалея ног, взрывая лужи своими сапогами. У него родилось подобие плана. Абсурдная идея.

Но когда абсурд мешал чему-то работать?

Магус распахивал настежь всякую дверь на своем пути, отнюдь не из интереса заглядывая внутрь, наспех осматривая комнаты, залы и коридоры. Откровенно говоря, на успех колдун рассчитывал слабо – поскольку большая часть домов была заперта. Да и «открывать» волшебник решил не только входные двери: под раздачу попали дверцы шкафов и тумб, крышки сундуков и даже окна.

Благо никто не обращал внимания на сумасшедшего с виду мага, врывающегося ко всем подряд.

Мародерствуя в очередной прихожей, Ксандар обнаружил, что кто-то встал у него за спиной, накрывая вытянутой тенью. Обернувшись, он увидел полный синевы череп, но, не придавая этому совершенно никакого значения, многозначительно махнул рукой и вернулся распахиванию дверец на всем, что было закрыто.

– Твои воспоминания, конечно, очень интересные, но я предпочел бы уйти отсюда, – вальяжно бросил Ксандар, швыряя через себя какой-то увесистый справочник, который, судя по стуку, угодил в ногу Могильщик.

– Отсюда нет выхода, магус.

– В том понимании, в котором его себе представляешь ты – вполне может быть, – заявил чародей, бегом бросаясь на кухню.

Брань Могильщик так и осталась не услышанной, погребенная за бомбардировкой пола посудой. Грохот вскоре стих, как и всякий иной звук в доме – за исключением постукивающего по окнам дождя. Обратно Ксандар не выходил.

– На что ты рассчитываешь, магус? – колдунья Бездны проследовала за пленником, игнорируя рассыпанные повсюду осколки.

Её противник исчез, не попрощавшись. Могильщик оглядела каждый угол на пример всякой возможной уловки – ничего. Взор упал на заволоченный разбитой посудой пол. Взмах ноги смел все обломки в сторону, открывая наспех закрытый люк, ведущий, вероятно, в подвал.

Будь у колдуньи лицо – его бы непременно тронула усмешка.

– Как наивно.

***

Яхонт на дрожащих ногах поднялся из грязи.

Воин огляделся: видимость сократилась втрое, а поле боя было попросту не узнать. Аметистовый дым, казалось, постепенно рассеивался, но в то же время принимал формы, заставляющие думать, что ты оказался где-то в совсем другом месте.

Оседая, темно-лиловые облака формировали невероятный образ некой улицы: дома, фонари, дорога, даже люди – всё было соткано из неведомого колдовства. Краем глаза Яхонт отметил тяжело дышавшего Тейна, сгорбившегося неподалеку.