Точка Зрения. Том Первый

Мой отец, – легкие схватил приступ кашля, – он словно забыл обо мне. Мой собственный отец предпочел сделать вид, что у него нет дочери… да на том собрании меня никто даже и слушать не стал. Меня выбросили прочь, как жалкую нищенку!

– У всего есть цена, леди Обливия, – произнес Аламид, не меняясь в тоне. – Может быть, вы так и не поняли, что это за цена?

Могильщик недоуменно смотрела на рыцаря, повторяя сказанное в голове. Ладони коснулись синеватых скул, наконец принося осознание.

– Он… забыл меня. Как будто меня никогда и не было.

– Я не знаю, миледи, что с вами произошло, и с кем вы заключили сделку, но внешний облик – отнюдь не всё, что вы отдали.

– Бездна не заключает сделок, – хмуро пробормотала Могильщик. – Она забирает то, что считает нужным. И, похоже, Бездна взяла и отцовскую память обо мне.

Аламид погрузил шлем на полагающееся ему место.

– Никто не захочет быть забытым, я понимаю это. То, что я сказал вам о судьбе, напрямую с этим связано, – прошелестел рыцарь. – Я один из тех, кто потерял своё место в мире и место в памяти людей.

Я хочу вернуть его. И я ищу тех, кто был отодвинут жизнью на второй план. Людей, которых упорно стараются забыть. Тех, кто не нужен и не имеет цели. Я готов найти им цель и применение. Я готов пойти на всё, чтобы оставить за ними и собой память. Чтобы наконец обрести место или создать его самим.

Могильщик смотрела на этого явившегося из ниоткуда рыцаря с неведомым ей доселе трепетом. Сказанные им слова открыли врата мысли, которая никогда колдунью не посещала.

Теперь она не одна.

Обливия протянула к нему руку, раскрывая ладонь. На ней лежал маленький стальной перстень, искусно вырезанный в виде лунного серпа, который отчасти напоминал коготь.

– Ты – Виктор Пратервейн, и ты явился, чтобы забрать по праву унаследованное, – твердо обозначила Могильщик. – Никто не знает, как выглядел мой брат на самом деле. Никто не знает, что он давно мертв. Отсюда мы начнем наш путь.

Мы берем судьбу в свои руки.

– И к счастью, эти воспоминания уйдут с тобой в могилу, магус, – меланхолично произнесла Могильщик, оглядываясь на своего пленника.

– Магус?..

Но колдуна и след простыл.

– Как мироздание могло воспроизвести настолько надоедливое существо? – скрипнув зубами от раздражения, процедила наемница.

Ксандар бы с радостью поспорил с противником на этот счет, но услышать колдунью Бездны, логически, не мог – он был уже далеко. Воспользовавшись вовлеченностью Могильщик, чародей банально сбежал, ничем себя не выдав.