Пёс императора

Раньше, чем понял, что делает, Пятый наотмашь ударил мальчишку по лицу, тот упал, а маг не сказал даже, прошипел рассерженной змеёй:

— Ещё раз назовёшь меня так, убью. Понял?

Перевёртыш на вопрос не отреагировал, в его распахнутых глазах Пятый видел только своё отражение. Райс — из ладони выскальзывают тонкие пальцы сестры. Шанны больше нет. И Райса нет тоже. Остался только Пятый.

«Райс», — раздался в сознании настойчивый голос эльфа. Этого только не хватало, его здесь нет!

«Два перевёртыша лучше одного», — включилась рациональная часть сознания, — «стоит рискнуть, чтобы вернуть ценный ресурс».

Да, так и есть. Он вовсе не жалеет зарёванного мальчишку, он возвращает свою собственность.

Глава 11. Спасибо

— Сырость не разводи! — бросил Пятый скорчившемуся у ног перевёртышу. — Пойдём сейчас. Руку давай.

Слёзы высохли мгновенно, а глаза полыхнули надеждой. Лэй вскочил как подброшенный, торопливо сунул под нос магу исчерченное шрамами запястье. Свежие порезы сошли после оборота, старые шрамы никуда не делись и, скорее всего, уже останутся навсегда.

Пятый достал нож, оставил новый росчерк на многострадальной руке, приложился губами к ране, глотая солёную кровь. Докатился! Совсем уже как вампир, так и привыкнуть можно.

Неразбавленная кровь перевёртыша обожгла горло не хуже крепкого алкоголя, огнём прокатилась по телу, сметая усталость, за спиной словно крылья развернулись, а волосы на голове, если б не были связаны в хвост, стали бы дыбом от прилива энергии. Да он сейчас один способен два живых болота успокоить! И маги Лунной империи ему нипочём!

Пятый глубоко вдохнул, медленно выдохнул.

Пригладил пятернёй волосы и вытер кровь с губ. Эйфория потихоньку спадала. Хорошо. Он читал о таком эффекте, но одно дело знать в теории, другое — пережить самому. Пожалуй, не стоит давать своим людям неразбавленную кровь, а разбавленная сейчас нужного эффекта не окажет. Чтобы поставить на ноги хотя бы десяток магов, и в самом деле придётся выжать мальчишку досуха. Значит, нужно идти одному. Что ж, не в первый раз, до того, как стал перстом, какие только задания не выполнял в одиночку.

— Превращайся, — велел мальчишке, — и показывай дорогу.

Лэй сверкнул быстрой счастливой улыбкой, и вот уже зубы скалит не мальчишка, а светло-серый волк.

Предупредить часовых об уходе — дело недолгое, но волк скулит и пританцовывает от нетерпения. А потом длинными скачками несётся по берегу ручья, время от времени оглядывается через плечо, проверяет, успевает ли за ним человек.