Некромант: Сердце лича. OMNIBUS

Там Инбар-Ишвей познакомил их с одним из своих помощников по имени Алет, которому с этого момента передавал гостей на попечение, и, попрощавшись, ушёл.

За ужином охотники оживились и болтали о том, как трудно было поймать мурскула и как будет доволен Великий Паша. Самарказ следил за тем, чтобы никто из них не сказал лишнего, но всё прошло неплохо. Даже если Инбару-Ишвею придёт в голову расспрашивать слуг, о чём говорили охотники, ничего подозрительного он не узнает.

После ужина, когда на улице уже совсем стемнело, охотники разошлись по своим комнатам.

Самарказ отпер дверь и вошёл в комнату, выставив подсвечник перед собой.

Инстинкт охотника уловил чьё-то присутствие прежде, чем глаза увидели тень, стремительно метнувшуюся к окну. Взметнулись занавески, и на мгновение в проёме чётко обрисовался человеческий силуэт.

Глава 8

- Эй! – Самарказ бросился через комнату, выхватывая саблю, но таинственный посетитель уже растворился в темноте.

Когда охотник высунулся из окна, снаружи нельзя уже было никого увидеть.

С руганью захлопнув ставни, Самарказ поставил светильник на стол, зажёг ещё несколько свечей и принялся осматривать комнату, поскольку стало ясно, что незнакомец что-то искал, ведь если бы он хотел убить Самарказа, то не сбежал бы.

Однако брать из комнаты было нечего. Все вещи охотника умещались в мешке, который он оставил на столе перед тем, как идти ужинать, и узел, которым всегда завязывал его Самарказ, не был тронут.

Самарказ разделся и, помолившись Мард-Рибу, лёг в постель. Меч, вынув из ножен, положил рядом с собой, а кинжал сунул под подушку.

Спал охотник чутко, пробуждаясь от любого подозрительного шороха. Так что застать его врасплох было нелегко. Лишь обладатель совершенно бесшумной походки сумел бы подкрасться к нему.

Сон долго не шёл, но, наконец, усталость охоты и долгого пути взяла своё, и Самарказа одолела дремота.

Он увидел себя двадцати двухлетним юношей, солдатом элитного отряда карателей Великого Паши. Их послали усмирить и примерно наказать одну из деревенек, жители которой не пожелали платить налог на воду.

Самарказ тогда служил карателем уже три года и имел звание улумбая, то есть фактически командовал четвертью отряда. Его людям было поручено отравить источники, а затем сжечь несколько домов и вырезать треть жителей.

Самарказ видел себя на подступах к поселению, обитатели которого ещё не знали, что по виадукам в их дома и питьевые бассейны течёт ядовитая вода, ни видом, ни запахом не отличавшаяся от чистой.