Некромант: Сердце лича. OMNIBUS

Эта фраза, очевидно, предназначалась, в первую очередь, заносчивым охотникам. - Ты будешь поставлять мясо и фрукты. Из питья – простую воду.

Самарказ отметил про себя, что то ли церемониймейстер, то ли паша Зик-Армах неплохо знаком с диетой мурскулов: Инбар-Ишвей даже не поинтересовался у охотников, правильно ли назвал нужную пленнику пищу.

- Мурскул плохо себя чувствует, - заметил Самарказ, когда они с Инбар-Ишвеем поднимались по лестнице. - Нужно, чтобы его осмотрел врач.

- У нас нет лекаря, разбирающегося в болезнях мурскулов, - холодно ответил церемониймейстер.

- Насколько мне известно, только досточтимый Анкар-Забар однажды вскрывал подобных существ с милостивого разрешения Великого Паши и преуспел в изучении строения их тел. Да и то он сам признаётся в труде «Исследование мурскулов, их анатомии и поведения», что добился самых посредственных результатов из-за изменчивости этих созданий и их непохожести на нас, - блеснув эрудицией, Инбар-Ишвей самодовольно взглянул на Самарказа.

- Значит, обычный лекарь бессилен?

- Боюсь, что так.

Сколько вы планируете пробыть во дворце паши Зик-Армаха?

- Наше присутствие нежелательно?

- Ни в коем случае, - возразил церемониймейстер без особого воодушевления, - Мы рады слугам Великого Паши, тем более, выполняющим его волю. Но я должен знать, чтобы сделать нужные распоряжения.

- Мы пробудем здесь два дня, пока не прибудут наши товарищи, тоже охотники.

Самарказ отправил голубя с письмом, как только мурскул был помещён в клетку.

- Зачем они вам понадобились? – удивился Инбар-Ишвей.

- Подкрепление. Экземпляр слишком силён, и я опасаюсь, что без поддержки нам не справиться.

- Какой-то необычный мурскул? – спросил Инбар-Ишвей настороженно.

- Может быть, просто слишком сильный, - Самарказ пожал плечами.

Он не собирался вдаваться в детали. Несмотря на то, что Зик-Армах был вассалом Великого Паши, он вполне мог прельститься необычным экземпляром мурскула и приказать своим воинам умертвить охотников и забрать добычу себе. Поэтому мурскула прикрыли тканью – чтобы никто не видел, что у него на груди знак Усмирённого.

Но это было даже не самым главным, что хотел скрыть Самарказ. Если с мурскулом творились какие-то изменения, вызванные проклятием, о котором тот говорил, то они могли стать заметными, а этого охотник допустить не мог.

Было уже около семи вечера, когда они прибыли в замок паши. Церемониймейстер показал им комнаты, а потом отвёл в столовую, где для них накрывали скромный ужин.