Страж перевала 2. Мятеж

Не так много в пределах Леса, но вполне достаточно, чтобы его не убили на месте сразу по возвращении… Немного времени, большего ему не нужно…

***

Вместе с отрядом в Великий Лес пришло и горе… Немало жен стало вдовами, немало детей лишилось отцов. Ур-Хал проследил за процессией с телом вождя и с трудом подавил желание присоединиться. Позже…

Людям не было ходу в Великий Лес, и они остановились у его границы, дожидаться решения… Орки, некогда забранные из семей, стояли, не зная, куда идти. Одного за другим их забирали родственники.

Вскоре Ур-Хал обнаружил что стоит на площади один: родственников у него не осталось, а для остальных он был лишь незнакомцем. Мало того, опасным незнакомцем, одно только знакомство с которым могло навлечь гнев старейшин. Любопытные и опасливые взгляды… Они могут признать его силу и древность рода, но ни за что не выберут своим вождем… Что ж, он ждал этого, разве нет? Пусть он умрет, немногие враги смогут плюнуть на его труп…

— Эй, пацан, не подскажешь где найти Первого старейшину?

— Ты откуда такой вылез? — с детской непосредственностью удивился орчонок.

— Он у Священного Дерева! Камлает!

— Я давно здесь не был, покажешь дорогу?

— Ух ты, значит, ты из того самого отряда? Из Ушедших? А расскажи о битве? А ты видел того орка что убил Старика? Говорят у него нет одного глаза и он на голову тебя выше. Хотя ты тоже здоровый, но я вырасту ещё больше…

— Может, позже.

Поселение мало изменилось за прошедшие годы. Все те же невысокие дома, едва видимые среди огромных деревьев, широкие улицы…

— Мы пришли, дальше мне нельзя.

Кое-что все же удивляло: не было стражи, что раньше постоянно охраняла священную рощу. Но Священное Дерево осталось прежним… Даже зимой оно сохранило свою странную белую листву, а поляна вокруг была свободна от снега. Казалось, под его сенью царило вечное лето.

Ур-Хал шел сюда, готовясь ко всему… Но не к такому везению — старейшина был здесь один. Без привычных по блеклым детским воспоминаниям учеников-телохранителей и даже без оружия.

— Наверное, ты не узнаешь меня, старик…

«Бей первым», — учили наставники. Однако ненависть была слишком застарелой, что бы оборвать её так сразу. Ур-Хал хотел увидеть на лице врага… Что? Он и сам не знал. Страх, вину, сожаление или, может, отчаяние? Первый старейшина Ур-Соор, по прозвищу Мудрый Змей… Очень правильное прозвище. Когда-то шаман был наставником и другом его отца и не раз посещал их дом… Однако когда настал удобный момент — ужалил без колебаний.