Повелительница Зари (ОИ-1)

Подсвечивая себе под ноги и выставив копьё вперёд, он спустился вниз и чуть не задохнулся от спёртого и вонючего воздуха. А по обеим сторонам широкого коридора тянулись многочисленные узкие клети с зарешёченными передними стенками. А за этими решетками толпились грязные и испуганные люди с потемневшими от пыток и лишений лицами.

С большим трудом Семён из себя выдавил:

- Люди…? Да сколько же вас тут?

Всё тот же голос, принадлежащий мужчине с короткой бородой, ответил:

- Пятьдесят шесть…. Из них пятнадцать женщин.

Но половина из них, …ранены и сильно измучены. Относились к ним очень плохо.

Рыкнув от бешенства и чуть не начав крушить решётки своим мечом, Загребной немного остыл, осмотрел мощные замки и спросил:

- А ключи эти уроды, где держали?

Тут же наперебой отозвалось сразу несколько голосов:

- Там на стене, в столовой!

Оставив факелы в держателях у входа, Семён сгонял за ключами и сразу, только начав открывать первые решётки, спросил:

- Кто у вас здесь за старшего?

После короткой заминки отозвался всё тот же мужчина с короткой бородкой:

- Вроде как я….

- Меня «вроде» не устраивает, будешь отвечать за всё. Значит так, в первую очередь освободить и вынести к кострам пострадавших женщин. Потом выходят все остальные и забирают из пещеры всё ценное. Коней тоже вывести и оседлать. Если замечу какое-то недоразумение между вами, накажу виновного и командира. Всё ясно? Действуйте!

Сам же он поспешил наверх по двум причинам: жутко не хватало свежего воздуха для дыхания и волновался по поводу детей.

С них станется, после долгого ожидания оставить пост наверху и податься в пещеру. Или ещё хуже: Виктория уговорит брата идти выручать отца.

Но все пока оставались на своих позициях. Разве что сын залёг так, что бы видеть и сестру и весь овраг просматривать. Когда отец поднялся, сразу же услышал вопросы:

- Что ты там так долго?

- Сундуки с золотом откапывал?

- Ага! – уже с некоторым облегчением хохотнул Семён. - Аж мозоли натёр и лопату поломал…. Сейчас увидите разбойничьи сокровища.

И пока сидите на местах, мы сами всё соберём.

Он тут же устремился опять вниз, игнорируя несущиеся вслед вопросы:

- Кто «мы»?

- И что соберёте?

А к кострищам стали выходить до сих пор вздрагивающие от страха люди. Одежда на некоторых висела лохмотьями, хотя у большинства была ещё вполне цела. Но вот лица почти всех были разукрашены то синяками, то опухолями, а то и кровавыми порезами. Первыми вынесли семь постанывающих женщин.