Чума теней

А я-то думал, намёк, сколько учителей со стыда повесилось, когда бездарь доучился до диплома.

Чёрный маг ничем не выдал, что слышал шёпот белого, и продолжал творить удушающее заклинание.

Когда муки заключённого закончились, опасливо озираясь на хмурого мужчину в белом, молодой колдун достал нож с серповидным лезвием.

* * *

Мало кто знал эту тропу из непосвящённых. А даже если бы и узнал, то не смог по ней пройти. Сотни ловушек, местоположение которых известно лишь ночной армии, надёжно хранили тайный путь в столицу.

Дети задремали прямо в телеге, профессор силился при свете луны разглядеть буквы какой-то книги, неугомонная Эрет ворковала о чём-то с одним из разбойников, тесно прижимаясь к нему, а Кай и Олэ ехали на мулах позади каравана и продолжали идеологические споры.

-...Да с чего ты взял, что мне тебя совсем не понять! Я вообще-то раньше был человеком.

— Раньше — ключевое слово. Мы все умрём — ты, наверное, будешь пить кровь коз и оленей. Не пропадёшь короче. Ты никогда не вспомнишь, что такое бояться эпидемии, потому что сейчас вообще не подвластен ни одной болезни.

— Хорошо, но... — Кай наклонился, чтобы дать мулу свежую порцию «зелья спокойствия», особое вещество, без которого вампир если и сядет в седло, то лишь к лошади, оживлённой некромантом, затем продолжил:— Но приведу тебе такую аналогию. Большая часть вампиров принимает окончание небытия чрез осину. Так почему никому не приходит в голову истребить полностью этот вид деревьев?

— Не знаю. Может, потому что невозможно, а, может, мозгов не хватает.

— Всё возможно, деревья выжигать легче, чем охотиться на таких, как Блич — они не убегают. И, поверь, мы очень мудрые существа: то время, которые вы тратите на сон, мы тратим на книги.

— Ага. Ты прям главный книгочей. Чуть денежка завелась, сразу не в игральный дом, а в библиотеку.

— Я не типичный вампир. Но в целом мы мудрее людей, смирись. Так вот. Истребить целый вид деревьев ради себя?.. Это же такое преступление. Казалось бы, ничего не изменилось.

Есть сосны, есть ели, есть берёзы и буки, но нет осины. Кто заметит? Но нет. Что-то пропадёт в картине закатного леса. Маленький мазок на большом полотне. Но очень заметный. Потому что поверх него не ляжет другой мазок иной краски. Там не будет ничего. Пустота. Подойди к картине и проткни её шилом. Отошёл, вроде незаметно. Но потом глаз обязательно зацепится за прореху и уже всё. Ты никогда не воспримешь картину как просто произведение искусства.