Импровиз. Одиночество менестреля

— И эти дети облезлых дворняг, ежедневно подставляющие зад своим коням, будут нас учить жизни? — Оскалил белые и крепкие, как у волка, зубы, Кухал Дорн-Куах. — А у самих рога такие, что голова на бок падает. Руби козлов!

При этом черноволосый великан провернулся на пятке, выхватывая палаш столь стремительно, что бывший главный сыщик герцогства и не заметил, как лезвие впилось Правому с гербов «красный паук» между рёбер, и, похоже, дошло до позвоночника. Во всяком случае, «правый» даже крякнуть не успел.

Но его сердце ещё билось, несмотря на неизбежность смерти, когда кринтийцы, что называется, взорвались сталью. Других слов не подберёшь. Арбалетные болты и метательные ножи градом обрушились на «правых». И ни одного выстрела, ни одного боевого клича. Всё происходило бы в гробовой тишине, когда бы не крики умирающих аркайлцев и ржание испуганных коней. Мгновение спустя южане ринулись в рукопашную.

Офра, сидевшая на козлах рядом в праном Гвеном не удержалась от восторженного восклицания.

Ей никогда не приходилось видеть столько мастеров клинка одновременно. Как хорошо, что крнинтийцы малочисленны и живут далеко от северного материка. Иначе, они давно завоевали бы всех.

— Не бойся, — проворчал Прозеро. — Они на нашей стороне.

— Хвала Вседержителю, пока на нашей... — покачал головой пран Гвен и лёгким движением руки вернул на место Бриана альт Нарта, который вознамерился поучаствовать в потасовке. — Без вас справятся.

— А я и не испугалась! — дёрнула плечом светловолосая красотка, не отрывая взгляда от жестокой рубки.

Странная девица прибилась к ним в двух неделях пути от Аркайла. Просто сидела на обочине, оперев локоть на небольшой, но плотно набитый мешок с лямками. Рядом ни дохлого коня, ни поломанной кареты, ни убитых спутников. Когда пран Гвен окликнул её и осторожно поинтересовался, не нужна ли какая-то помощь, ответила — путешествую, мол, на свой страх и риск.

Это показалось достаточно удивительным. Женщины редко пускались в дорогу в одиночку.

Пусть досужие сплетники и выдумщики романов, которые так любит читать Падд Дорн-Колех, врут в своё удовольствие, что некогда на северном материке царил такой порядок и благолепие, что целомудренная девица с мешком золота могла проехать из гор Карроса до мыса Фроуд, не утратив ни богатства, ни девичьей чести. Уж глава тайного сыска знал, что в прежние времена грабили, насиловали и убивали ещё увлечённее, чем ныне. С огоньком и задором.