Импровиз. Одиночество менестреля

Может, хоть супруга будет проверять — все ли «зербинки» у него застёгнуты и не остались ли пятна от подливы на манжетах. Только как ему теперь быть? Он ищет Анне, а она — жена Ланса перед Вседержителем. Дворянину, чтобы испросить развод у Церкви, нужно очень постараться. Неизвестно, подействует ли довод «Я хочу, чтобы моя жена сочеталась браком с моим другом...» на епископский совет Аркайла...

В этот миг, словно почувствовав на себе взгляд, Регнар открыл глаза. Встрепенулся, вскочил, едва не опрокинув маленький стол, заставленный чашками и бутылочками.

— Тихо-тихо... — зачастил он почему-то шёпотом. — Не разговаривай, тебе нельзя...

«Почему это? — удивился менестрель. — Разве у меня что-то с горлом...»

Тем временем Регнар схватил глиняную плошку, помешал в ней ложечкой и поднёс к губам Ланса.

— Выпей, пожалуйста.

«Они как сговорились все... И опять будет какая-то неимоверно горькая дрянь. Но ведь и не поделаешь ничего...» Ощущая, что слаб, как младенец, альт Грегор даже не пытался сопротивляться.

Всё равно напоят, ещё и будут язвить — великий менестрель боится принимать лекарство. На удивление, питьё оказалось не горьким. В нём угадывался вкус мёда, мяты, ромашки... Под одобрительное бурчание Регнара Ланс выпил с жадностью одну за другой три чашки. Не известно по какой причине — возможно, и правда, устал глотать? — накатила сонливость.

— Отдыхай, — будто догадался Регнар.

Ланс с удовольствием последовал его совету.

Следующее пробуждение пришлось на ясный день. Через плотные занавеси на окне пробивался солнечный луч, подобный отточенному клинку. В его прозрачной жёлтой утробе плясали пылинки.

Регнара на месте не было, но стол с лекарскими снадобьями стоял там же, где и в первый раз.

Глава 3, ч. 2

Менестрель поискал глазами «ночную вазу». Возможно, за время болезни он ходил под себя, но пора и честь знать. Неприлично как-то — взрослый пран, не калека, пользуется определённой известностью и вдруг.

..

Скрипнула дверь и в комнату с порывом сквозняка шагнула женщина. Высокая, стройная, длинные вьющиеся волосы распущены по плечам. Так не ходят дворянки, укладывающие локоны в сложные причёски, да и простолюдинки тоже — эти предпочитают чепцы.

— Проснулся? — голос показался знакомым. Даже очень знакомым.

— Кто вы? — не с первого раза выговорил менестрель.