На останках мирозданья-1: пришествие зари

Будто выбивали мокрое бельё. И с каждой секундой звук становился всё сырей.

Смотря со стороны, как приятель вышибает дух из бедного паренька, жилистый, худосочный мужчина, двинув желваками, крикнул:

— Эйк, полегче с ним!

— Щас, только мордашку немного подправлю и всё.

Удар за ударом, здоровяк, весь изъеденный венами, покрытый рубцами и шрамами, безостановочно колошматил тело. Иначе и не скажешь. Лицо бедолаги уже во всю залило синевой. Веки, набухнув, задавили глаза валиками. Он практически не шевелился.

Сегодняшняя ночь ознаменовалась удачным уловом для двух бандитов.

Морису и Эйку обычно редко удавалось встретить в окрестностях подходящих жертв. Что тут скажешь: не полнились толпами неприметные улочки города мертвых. Местных крутить — одна скука. Бедный народец. Поэтому, когда являлись пришельцы с той стороны — это всегда праздник.

Загуляв допоздна, милая парочка воркующих голубков залетела на огонек. Неокрепшие умы, напрочь позабыв о времени, упустив наступление комендантского часа, решили срезать путь через переулки заброшенного района.

Когда-то это действительно был вариант. Дальше на юг был второй, почти забытый мост, соединяющий с магистралью, доходящей аж до центра. Ещё нижняя сухопутная тропа, огибавшая обмелевший участок канала, имелась. Но без «сил» туда вряд ли кто сунется.

— Дамочка, — заскучав от лицезрения побоев, пробурчал Морис, — давай-ка, что ли, сюда сумочку.

Вздрогнув, подружка бедолаги нервно съежилась. Быстро достав небольшой клатч, она протянула вещь в ветвистые лапы.

Варварски распотрошил содержимое бандит. По грязной дороге разбросало небольшое количество косметики, зеркальце да другие женские штучки. Морис нахмурил брови. Он надеялся поживиться хоть каким-то количеством наличности, но из финансов были лишь четыре мятых купюры низкого номинала, да дюжина разбежавшихся по закоулкам медяков.

— И всё? — с недоумением спросил он, откинув опустевший клатч.

— Больше ничего нет, — еле слышно промямлила голубка, вжимаясь в стену.

— Эйк! Пошарь там своего.

— Уже. Он тоже пуст.

Цепляясь за голову, Морис протяжно выдохнул.

— Ах, боги, вот ведь невезуха! И за что мне это? Бобби долг отдавать. Ещё в котел неуплачено… Вот ведь проклятый день!

На заднем фоне забил страшный хохот. Будто чудовище умирало в агонии.

— Га-ха-ха-ха! И верно — день что надо! Давно такого бодрого мордобоя не было. Хорошо мы бока идиотам с Северного намяли!

— Ох… Не напоминай…

Он уставился на свою переломанную руку. «Досталось».