Дикарка у варваров. Песнь Сумерек

— Отдохни, дикарёнок, — Вэй уже отвернулся, собираясь уходить, но я вдруг вспомнила:

— Ты обещал сказать, что означает «Юй Лу»!

— Обещал — если будешь меня слушаться, а ты...

— Не скажешь — не буду на него отзываться! — отрезала я.

Вэй вскинул брови и погрозил пальцем. Я демонстративно сложила на груди руки, и он рассмеялся:

— Ладно, скажу. Это значит «капля росы»...

— То есть, «росинка»? Ещё бы назвал «песчинка» или... «пылинка»! И на это я отзывалась весь день?!

— Ну и вздорная ты, — покачал он головой.

— И продолжаешь перебивать старших. От этого нужно отучиться. «Юй Лу» означает «капля росы, похожая на жемчужину». Это из-за твоих глаз. Но, если больше нравится «росинка», буду называть тебя так!

— Нет, не вздумай... — угрожающе начала я.

Но гэгэ уже щёлкнул меня по лбу и нырнул во тьму коридора.

— Увидимся на рассвете, росинка!

Приглушённое хрюканье и — тишина. А я, раздражённо выдохнув, вошла в свой «пенал» и без сил повалилась на матрац.

[1] Казбегури — грузинский мужской танец.

[2] Пайсяо — древний музыкальный духовой инструмент.

Глава 5

— Вишенка! Где ты, солнышко?

Я хорошо спряталась! Мама прошла мимо уже раза три, но меня не увидела.

— Оставь её, — голос отца. — Когда проголодается, сама выйдет.

Однажды он провёл меня так — сделал вид, что ушёл, а на самом деле ждал за дверью. Во второй раз я на эту хитрость не поведусь! Тут где-то поблизости начинает звонить колокол, родители тревожно оборачиваются и смотрят прямо на меня, не видя.

Отбросив игру, я поднимаюсь из своего укрытия, машу им рукой, но они всё равно меня не видят.

— Пап, ма... — начинаю я, но что-то встряхивает меня за плечи, и я слышу требовательное:

— Просыпайся, соня! Хотя бы раз встала самостоятельно!

Я подскочила, растерянно уставившись на присевшего рядом Вэя.

— Поднимайся! — скомандовал он. — Не заставляй снова тащить тебя в комнату для омовений.

— Не хочу я ни в какую комнату! — снова рухнув на матрац, я накрылась покрывалом.

— Хочу спать! Надоела ваша дикая...

Но гэгэ уже привычно ухватил меня поперёк туловища. Я попыталась вырваться, но на Вэя это подействовало не больше, чем прошлым утром и утром до того. Подхватив в охапку, он выволок меня за порог.

Раннее пробуждение всегда было для меня пыткой, но вставать до восхода солнца — новый уровень зверства! По звонку местного «будильника» — колокола, всем надлежало немедленно покинуть постели и отправиться в комнату для омовений.