Дикарка у варваров. Песнь Теней

— Доброй ночи, мастер Фа Хи!

Мой учитель приветливо кивнул девочке и, бросив на меня суровый взгляд, удалился. А Сайна тут же защебетала, делясь впечатлениями от праздника, спрашивала, как поживает спасённый нами птенец, сможет ли он летать и хочу ли я сидеть на празднике рядом с ней. Я слушала девочку вполуха, иногда отвечая невпопад. Незаметно нащупала чашу, которую прихватила ранее и сейчас спрятала под дээлом — нужно улучить момент и воплотить следующую часть моего плана. Но, пожалуй, сейчас ещё рано — все слишком трезвые.

Значит, пока можно и развлечься, я повернулась к Сайне и лучисто улыбнулась:

— Конечно, хочу сидеть с тобой рядом.

Девочка просияла, слегка покраснев и, вцепившись в мою руку, потащила к импровизированной «арене».

— Идём, сейчас начнётся бех! Ты знал, что Шона тоже будет участвовать?

А я всё удивлялась, куда он подевался! Шоне, в отличие от меня, нравилась традиционная борьба. Я в класс учителя-скунса больше не вернулась, посвятив эти часы дополнительным тренировкам с Фа Хи и изучению языка, но Шона продолжал усердно тренироваться и даже предлагал обучать и меня в свободное от остальных занятий время.

Я с улыбкой отказалась и сейчас, глядя, как обнажённые до пояса халху швыряют друг друга по всему периметру «арены», убедилась, что решение было правильным. Но наблюдать за состязаниями со стороны интересно. Я бурно — воплями и свистом — приветствовала «выход» Шоны, и, кажется, немного смутила гиганта. Правда, смущение не помешало ему одолеть нескольких противников прежде, чем очередной всё же уложил его на лопатки. Абсолютным победителем вышел колосс, по сравнению с которым даже Шона казался не таким уж большим, и в честь его победы осушили немало чаш айрага. Шона подошёл к нам с Сайной после окончания соревнования, и я в очередной раз впечатлилась шириной его плеч.

— Ты сражался как герой, Шона! — выпалила вместо приветствия.

— А потом валялся на земле, как бурдюк с айрагом! — к нам, слегка путая ногами, подошёл Очир с наполненой чашей.

Без предупреждения обхватив меня за шею одной рукой, другой он подсунул свою чашу к моему рту.

— Выпей со мной, сэму!

Но рука, державшая чашу, скорее всего намеренно, дрогнула, и айраг вылился на мой дээл, прежде чем я успела отстраниться.

— Какой ты неловкий! — захохотал Очир. — Но что ещё ожидать от круглоглазого варвара?

Я уже ткнула его локтем, заставив закашляться, и, подняв глаза на Шону, оторопела, увидев его перекошенное от бешенства лицо.